Ловец человеков

станет возражать против присутствия моих спутников, — с облегчением высказался я.
И повернувшись, бодрым шагом пошел к сходням.
Мурманы же приняли мое приглашение за вежливый приказ и последовали за мной.
Поставив ногу на сходни с галеры, я обернулся.
— У вас тут есть работающая верфь?
— Есть, сир. Как нам без нее, — ответил алькайд с легкой обидой в голосе.
— На ней в настоящий момент что-либо строят?
— Всего лишь китобойную барку, сир. Почти такую же, как лодка, на которой я сюда прибыл, — кивнул старик в сторону пляжа.
— Отлично, — обрадовался я. — Завтра я желаю осмотреть вашу верфь и постройку лодки. Маршрут выберете такой, чтобы можно было передвигаться исключительно на двух ногах и желательно по лестницам или кручам. Кстати, заодно и вон тот высокий мыс мне обязательно надо посмотреть, — показал я рукой на противоположный от замка берег бухты.
Смекнувшие, что одноногий сайон с нами по всему предложенному мною ландшафту лазать не сможет, мурманы обрадованно заголосили:
— Мы пришлем за вами посыльного в кастелло, сир. Когда вам будет угодно?
— После завтрака будет в самый раз, а теперь поднимемся на борт и выпьем чудесного кофе, который капудан Хасан варит как никто другой на земле.
С галеры, с высоты полуюта, хорошо была видна суета создаваемого лагеря моих переселенцев. Метрах в ста от берега около ручья. Лошадей выгуливали на другом берегу ручья беарнские стрелки и еще какие-то незнакомые мне личности. Видать, истребованные мной замковые конюхи. Из замка же привезли на телеге палатки и столбы, которые в этот самый момент разносились по намеченным сьером Вото местам, и часть их уже устанавливалась. Простые полотняные шатры. Впрочем, просторные. Места должно хватить на всех без толкучки.
Вещи и товары пока лежали внавалку на земле, но видно, что не кучей, а в некотором подобии порядка.
Пяток валлийцев несли охранение этого кажущегося беспорядка. Остальные работали докерами.
Скоро тут встанет вполне пригодный для жилья лагерь. Жаль только, что завтра-послезавтра весь процесс придется совершить в обратном порядке. Это я давно по экспедициям заметил, что полевой лагерь приобретает завершенный вид только тогда, когда уже пора обратно собираться.
Мурманы, стараясь не показывать своего отвращения, давились божественным эфиопским кофе и искренне не понимали, отчего мы с капуданом кайфуем. Да, это именно то слово, которым можно точно обозначить наше состояние. В Турции оно произносится как «кейф» и означает именно состояние наслаждения души при правильном потреблении кофе.
Когда ароматный напиток был выпит, и мурманы доели выставленные сладости, я спросил:
— Хасан-эфенди, почему вы в этих местах не торгуете?
— Потому что в других местах я получу больше за свой товар, — честно ответил Хоттабыч, — если не в цене, то по объему.
— Вы можете привезти сюда здоровых молодых рабынь с Кафы или Делоса? — назвал я ему самые знаменитые места работорговли.
— Легко, мой великий мал

и
к. Только что и требуется, что скататься туда и обратно, — улыбнулся лукавый сарацин.
Ага… и этот уже царем обозвал. Подхалимы, кругом одни подхалимы. Они все явно сговорились меня провоцировать до коронации. Я поддамся, а кортесы возьмут и передумают. Вот будет скандалище…
— Если они нужны лично вам, ваше величество, то я доставлю их просто в дар. Одних девственниц, — добавил лукавый сарацин.
— Нет, не мне, — ответил я и кивнул на мурманов, — им. И необязательно девственниц, — припомнил я, что девственница на рабском рынке Востока стоит на порядок дороже хотя бы один раз пользованной девочки.
Бросил при этом взгляд на мурманов. Сидят спокойно, не возражают. Видно, действительно их на безбабье приперло.
— Это все зависит от того, чем они будут платить, ваше величество, — ответил капудан мне, совершенно игнорируя гордых потомков викингов.
— Мы заплатим амброй, — влез в нашу торговлю старший шкипер.
— Амброй? — удивился капудан.
— Именно амброй, — подтвердил шкипер и сидя выпрямился, буквально раздувшись от важности.
— Считайте, что мы договорились. Сколько вам надо женщин? — В глазах сарацина читалась неприкрытая алчность, которую он даже не пытался скрывать.
— Для начала — десятка два от пятнадцати до тридцати лет. Светловолосых и светлоглазых, желательно северянок. Впрочем, чем моложе, тем лучше, — уточнил шкипер заказ, словно грузил сутенера вызовом девочек по телефону.
— Откуда у вас амбра? — спросил