Старик-музейщик в результате автокатастрофы оказался перенесенным в пятнадцатый век, в тело принца Фебуса, наследника престола Наварры — небольшого, но стратегически очень важного горного королевства между Францией и Испанией. Старый тихий интеллигент, одинокий, больной и никому не нужный, превратился в молодого, красивого предводителя народа васконов, авантюрного «ловца человеков» на свою службу, собирателя земель, завоевателя городов, покровителя промышленности, наук, искусств и покорителя женских сердец.
Авторы: Старицкий Дмитрий
сказал, но не им состязаться со мной в бюрократических играх. Наше Министерство культуры с его документооборотом из кого хочешь выстругает мастера крючкотворства.
Юноша быстро пробежал глазами текст хартии, внимательно осмотрел мою печать, печати нотариуса и легиста как заверителей сделки.
— Все в порядке, отец, согласно грамоте нас должен ввести во владение епископ. Я думаю, нам надо сначала разобраться с новой баронией, а лишь потом ехать представляться Луи.
— Это уже как вам будет угодно, ваша милость, — не удержался я от ехидства. — Как говорят на Востоке: chozyain — barin.
В старых пьесах в ремарках часто писали: «Те же и он». На пороге трапезного зала появился сержант и отрапортовал:
— Сир, замок полностью взят под охрану и оборону. В настоящий момент идет перепись всех припасов, необходимых для отражения осады.
Когда стало ясно, что прямо сейчас вслед за Иниго поскакать в Лойолу всем кагалом мы не в состоянии, я просто выслал вперед себя двух стрелков с кошелем серебра, чтобы у родственников моего пажа были средства на нормальный уход за раненым. Дополнительно стрелкам дано задание: присмотреть там за всем до нашего приезда.
А сам с остальными присными остался ночевать в замке Дьюртубие.
Орденском замке. Ёпрть!
Первой появившейся опорной точке моего средневекового квеста. Хотя… Поздно пить боржоми, когда почки отвалились. Хватит играться в попаданца — это теперь моя жизнь в реале, и только. Настоящая жизнь, с которой совсем по-настоящему можно расстаться. Легко!
За ужином семейка барона, быстро насытившись, с извинениями слиняла увязывать узлы. Осталась за столом с нами только шевальересс Аиноа.
— Должен же кто-то в последний день представлять хозяйку, — заявила она, улыбкой проявляя на щеках симпатичные ямочки.
Я бы шевальересс не назвал красавицей, хотя девушкой она была яркой, нечто типа «няни» Заворотнюк. И так же, как той, Аиноа была крайне необходима ярко-красная губная помада, чтобы ее лицо, так сказать, проявилось, стало притягивать к себе взоры. Брюнетка, что тут поделать. Хорошо, что румянец на щеках у нее пока был свой, видно, что много времени она проводит на свежем воздухе. И загара не боится, хотя специально не загорает. Не будет такой моды еще полтысячелетия.
К ужину наша хозяйка переоделась в простое суконное платье, без дорогостоящих бархатов и парчи, но ладно скроенное по ее фигуре, не скрывающее ни тонкости стана без корсета, ни упругости груди. А вот ниже — не угадать за пышными юбками.
Это как раз то, что меня тут и напрягает — невозможность видеть женские ноги. В прошлой жизни за красивые ноги женщинам прощались многие изъяны во внешности. А тут извольте видеть только голову и руки до запястья. Так что вся концентрация мужского внимания направлена на лицо противоположного пола. И вот тут моя Ленка безо всякой косметики даст всем сто очков форы. Не говоря уже о том, что она природная блондинка с золотистыми волосами. Да и народный костюм при всей его закрытости больше подчеркивает формы, чем скрывает.
Аиноа, как положено брюнетке, была умна; по крайней мере — хорошо начитанна. Она знала, где находится Индия, и была в курсе поисков к ней морского пути. Оказывается, многие баски служили в португальском флоте навигаторами, штурманами, боцманами и даже капитанами. Ну, это для меня по большому счету вообще-то не новость. Я и раньше знал, что все капитаны кораблей Колумба и его лоцманы были басками. А Васко да Гама вроде как и сам баск. И первый совершивший кругосветное плавание, вопреки расхожему мнению, вовсе не Магеллан, а баск — Хуан Себастьян дель Кано, записанный в гербовой книге Кастилии как Элькано — чтобы его имя звучало не так плебейски. На его гербе король Кастилии и Арагона собственноручно начертал земной шар с девизом «Я первый обогнул тебя».
Элькано еще не родился, а мне не забыть бы, первым найти амбициозного картографа Колона, или Колумба, пока он не снюхался с Изабеллой Католичкой в Кастилии. Только вот кому поручить эти поиски, до сих пор неясно мне.
— Ваше величество, а что вы собираетесь делать с этой сеньорией, как командор ордена? — это опять Аиноа.
— Для начала открою картографическую школу в Сибуре.
— Почему именно ее?
— Потому что, милая шевальересс, мир стоит на пороге больших открытий. Мы только-только оторвались от берега в наших плаваниях по океанским водам. Совсем недавно стали доступными для моряков астролябия, буссоль и октан, позволяющие по таблицам античного грека Птолемея
