Ловушка для мужа

на табурете.
Повернувшись к Элизе, Вайолет в упор взглянула на нее.
– Как ваши дела, мисс Хаммонд? – спросила она.
Элиза, которая уже хотела выйти из туалетной комнаты, остановилась и растерянно посмотрела на Вайолет. Такое внимание молодой герцогини к ее персоне удивило девушку. Поколебавшись, она сделала реверанс.
– Благодарю, у меня все хорошо, ваша светлость, – вежливо сказала Элиза. – А как вы поживаете?
– Неплохо. Но сегодня мне немного не по себе. Здесь довольно душно. Слишком много разгоряченных гостей собралось в одном помещении. Вам это наверняка тоже не нравится, я права?
Элиза смущенно кивнула. Она явно недоумевала. Зачем Джанет, которая обычно почти не обращала на нее внимания, заговорила с ней? Что ей нужно? Повисла неловкая тишина. Элиза судорожно сжала в кулачке кружевной носовой платок.
– Вы приехали сюда с тетушкой? – прервала молчание Вайолет.
– Да, и ее сыном, – ответила Элиза.
Вайолет прекрасно знала Филиппа Петтигру, похожего на отвратительную жабу молодого человека, который одевался, как владелец похоронной конторы, и был совершенно лишен чувства юмора. Филипп собирался стать священником, но мечтал только об одном – земном благополучии, которого готов был добиваться любыми способами. Вайолет было жаль его будущих прихожан.
– Я получила несколько писем от сестры. Она, как вы знаете, сейчас в Италии, – сказала Вайолет и заметила, как насторожилась Элиза. – Сестра просила меня передать вам кое-что на словах.
– Да? И что же именно?
– Она просит у вас прощения за странное поведение во время вашей последней встречи. Она плохо чувствовала себя.
Черты лица Элизы смягчились.
– А почему она сама не написала мне об этом?
Да, действительно, почему? Вайолет стала лихорадочно придумывать убедительный ответ. Не могла же она сказать, что письма ее подруги были бы отправлены почтой Дербишира, а не Италии.
– Она… хм… постоянно переезжает с места на место. Тетя Агата любит путешествовать. И Вайолет боится, что ее послания могут где-нибудь затеряться. – Вайолет перевела дух и, собравшись с мыслями, продолжала: – Честно говоря, сестра не уверена, что вы вскроете полученное от нее письмо. Она думает, что вы смертельно обиделись на нее, и сожалеет о том, что произошло между вами. Поэтому она просила меня сказать вам, что очень ценит вашу дружбу. Она хочет, чтобы вы и дальше оставались близкими подругами, если, конечно, вы не против.
Вайолет замолчала, с замиранием сердца ожидая, что скажет Элиза.
– Нет, я не против, – промолвила Элиза. – Я подозревала, что Вайолет была просто не в себе. В тот день она вообще вела себя странно и была скорее похожа на…
Элиза осеклась и испуганно взглянула на собеседницу. Вайолет с надменным видом подняла бровь, подражая сестре.
– Что вы сказали?
– Н-ничего, – заикаясь, пролепетала Элиза. – Я очень рада, что все уладилось. Мне было бы тяжело потерять такую подругу. Как долго она будет путешествовать?
– Думаю, что к весне сестра вернется в Лондон. Хотя у нее нет четких планов на этот счет. – Вайолет расправила складки на юбке платья. – Маршрут ее путешествия тоже не определен. Если вы хотите написать ей письмо, то передайте его мне, а я постараюсь, чтобы оно попало ей в руки. А ее письма я буду переправлять вам.
Элиза бросила на Вайолет удивленный взгляд. Она не ожидала такой услужливости от сестры подруги.
– Спасибо. Я буду очень признательна вам.
Вайолет сдержанно кивнула. О, как ей в эту минуту хотелось откровенно поговорить с Элизой, оставив всякое притворство, признаться ей во всем, излить душу… Но это было слишком рискованно.
– А теперь я должна вернуться в бальный зал, – заявила она. – Я обещала мистеру Кеннингу следующий танец. Он будет искать меня повсюду. Желаю приятно провести время, мисс Хаммонд.
Элиза сделала реверанс.
– Благодарю вас, ваша светлость.
Вайолет переступила порог зала и вновь оказалась посреди бурного веселья, жары и света сотни зажженных канделябров.
От разгоряченных тел гостей исходили ароматы духов и одеколона. Но светская суета впервые не угнетала Вайолет. На душе у нее было спокойно.
На следующее утро Адриан сообщил жене печальную весть:
– В имении произошла трагедия. Убит Бен Ярдли, один из моих крестьян-арендаторов. Я должен немедленно вернуться в Дербишир.
Вайолет бросила на мужа тревожный взгляд.
– О Боже, Адриан, какое несчастье! Конечно, вам нужно тотчас же ехать в Уинтерли. Я велю Марчу известить слуг, что мы возвращаемся.
– Мне было бы очень приятно отправиться туда вместе с вами, дорогая, но вам нет никакой необходимости