Ловушка для падающей звезды

как? А я было с просьбой хотел обратиться.
— Скажи прямо: что тебе нужно?
— Если ты так настроен, не скажу.
— А зачем так нервничать?
— Ты неблагодарный! Помнишь, что обещал? Лева, только не бросай меня, я все сделаю как ты скажешь! Лева, только не бросай!
— Я помню.
Помолчали. Шантель все мялся, мялся, словно никак не мог решиться о чем-то попросить солиста популярной группы «Игра воображения».
— Так что тебе? — нехотя спросил Коля.
— Потом как-нибудь, — отмахнулся Шантель. — А машину мою найди.
— Да чего ее искать? Я, в отличие от тебя, людям верю. Машина действительно вскоре нашлась. Бородатый мужик лет сорока на следующий день пригнал ее прямо к дому, где жил Николай Краснов, и передал ключи. Буркнул при этом:
— Все в порядке. На ходу.
— А что было? — поинтересовался Краснов.
— А ничего не было. Бензин слил, промыл все, как следует, она и завелась.
— Странно, я девяносто пятый всегда заливаю.
— Я с такой штукой уже сталкивался. Если в бензобак бросить пару кусочков сахара или таблетку глюкозы, машина метров тридцать-сорок проедет и заглохнет. Намертво.
— Таблетку глюкозы? — Николай тут же вспомнил парня, который крутился возле машины в тот день, когда было назначено свидание с Евой в ресторане «Эридан». — Но зачем?
— Значит, кому-то надо было. Вообще, такой штукой пользуются, когда машину хотят угнать. Как заглохнет, предлагают отогнать в автосервис, цепляют на буксир, а по дороге, где-нибудь в укромном месте выбрасывают водителя вон, а тачку забирают. Вы бы сигнализацию поставили.
— Да-да, — рассеянно отозвался Краснов.
— У вас что, никогда не пытались угнать машину? — удивился автомеханик.
— Вы знаете, нет.
— Везунчик, значит, — усмехнулся мужик. — Бывает.
…Прошло несколько дней. Он уже подумал, что все кончилось, парень исчез и никогда больше не появится. В тот вечер Николай Краснов пел в казино, в центре Москвы. Закончили далеко за полночь, потом был ужин, за которым Лев Антонович Шантель слегка надрался. Слушая его пьяные излияния, Коля тоскливо думал, что попал в безвыходную ситуацию. Как человек здравомыслящий он должен потихоньку от Шантеля избавляться, но как человек порядочный сделать этого не может. И честность его какая-то болезненная, ненормальная, от которой надо лечиться, как от постыдной болезни.
— Лева, ты раньше столько не пил, — сказал он Шантелю.
— У меня неприятности.
— Неприятности? Какие у тебя могут быть неприятности?
— Большие.
— А маленьких и не бывает, — усмехнулся Коля Краснов. — В какой-то момент времени каждая неприятность вдруг становится глобальной.
— У меня м-момент, — пьяно икнул Шантель.
— Лева!
— Я, п-пожалуй, п-поеду. Домой.
— Да ты перебрал! Может, отвезти?
— На м-моей машине?
— На твоей, — кивнул Коля. — Которую починили. Представляешь, какой-то урод бросил в бензобак таблетку глюкозы. Зачем?
— Глюкозы? — наморщил лоб Шантель. — Почему глюкозы?
— Спроси у него.
— Спрошу.
— Лева, ты совсем пьяный.
— Понял. Пошел.
— Один?
— Да.
— Ты уверен?
— Хочешь быть мне другом, будь им. Только не мелочись.
— Кто бы говорил!
Николаю Краснову очень хотелось отвезти продюсера домой, но при мысли, что и в машине придется слушать пьяные бредни, становилось тошно.
— Коля! Краснов! — Известный певец, с которым у солиста группы «Игра воображения» были более или менее нормальные отношения, подходил с распростертыми объятиями. — А классно тебя!
— Что классно? — оторопел Николай Краснов.
— Морду подправили. Слушай, подскажи адресок клиники. Классно! И шрамов не заметно!
— Да пошли вы все! — вскочил Николай.
— Коля, ты куда?
Не ответил, рванулся прочь. В туалете плеснул водой в лицо, внимательно посмотрел в зеркало. Ну люди! Скажи им, что потайной третий глаз на лбу прорезали, поверят. Через пять минут опомнился, подумал, что дает лишний повод для сплетен. Надо было не орать, а спокойно все объяснить. Когда вернулся в зал, ни знаменитости, ни Шантеля за столиком уже не было. Николай посидел еще минут десять и стал собираться домой. «Совиная» жизнь и ночные шатания по казино начинали его потихоньку утомлять.
…В этот поздний час возле подъезда, в котором он жил, уже никого не было. Фанатки разошлись по домам, улеглись в теплые постельки с мечтами, плавно переходящими в приятные сны. Он вылез из машины, подумав с минуту, повесил на руль противоугонный костыль и удовлетворенно захлопнул дверцу. Хоть так. Потом поднял глаза, мысленно отсчитал окно на пятом этаже, и… увидел