Ловушка для падающей звезды

там свет. Ева?
Сердце тревожно екнуло. Постоял у подъезда, потом позвенел в кармане ключами. Дома Ева, кто там еще может быть? И Николай Краснов вошел в подъезд, на лифте поднялся на пятый этаж. Перед дверью замер, прислушался к собственным чувствам. Вне всякого сомнения, это был страх. Не надо сейчас открывать дверь. Не надо.
Несколько минут он боролся со страхом, но поделать ничего не мог. Руки похолодели, сердце стало вдруг похоже на легчайший, бешено вращающийся флюгер. Каждый его оборот был ударом пульса, и удары эти стали вдруг такими частыми, что в голове раздавался несмолкающий гул.
«Там Ева», — сказал он себе и набрал полную грудь воздуха. Не надо ничего бояться. Выдохнуть и войти в квартиру. Выдохнуть и войти. Но в этот момент сообразил достать телефон и набрал номер ее сотового.
— Да? — не сразу раздался в трубке сонный голос.
— Ты где? — спросил он.
— Дома.
— Дома где?
— Скажи нормально! Ты в моей квартире?
— Нет.
— Как нет? У Фонарина?
— Да.
— Но…
Частые гудки в трубке. Он вытер со лба холодный пот. Значит, в квартире не Ева. Но кто тогда? Домработница, у которой тоже есть ключ? Ночью? Полная чушь! Шантель? Тот поехал домой, больше некуда. На всякий случай набрал номер его домашнего телефона. Долго, очень долго слушал гудки, потом невнятное сонное хрюканье Левы:
— И какого черта?
— Ты дома? — глупо спросил Николай Краснов.
— Колька, ты?
— Я. Послушай, у меня в квартире кто-то есть. — Шантель снова невнятно хрюкнул, на этот раз с насмешкой. — Не Ева. И другой женщины у меня нет. С ключами.
— Звони в милицию.
— Что я, идиот?
— Да. Стоишь перед дверью собственной квартиры и названиваешь всем, у кого могут быть ключи. Дверь-то цела?
— Да, — Коля на всякий случай подергал ручку. Заперто. И тут…
Там, за дверью, раздались шаги. Потом послышался скрежет отпираемого замка. Руки еще больше похолодели. Он вцепился в дверную ручку изо всех сил, чтобы не дать ей повернуться. Секунда, другая… Дверь слегка дернулась.
«Кто там?» — с ужасом подумал он. Отчего-то очень не хотелось увидеть этого человека. Николай Краснов почувствовал, как сильно хочется жить. Инстинкт самосохранения сработал мгновенно. А вдруг там убийца?
— Коля! Коля! — надрывался в телефонной трубке Шантель. Николай Краснов машинально засунул телефон в карман и вцепился в дверную ручку уже двумя руками.
Дверь еще несколько раз дернулась, но не сильно. Потом долгая пауза. И тут он отпустил ручку и рванулся к лестнице. Побежал вниз, прыгая сразу через несколько ступенек. Вылетел из подъезда, посмотрел наверх. Света в окне не было.
Мгновенно принимать правильные решения Николай Краснов не умел. Может, стоило позвонить в милицию. Если повезет, они приехали бы через пару часов, вошли в квартиру, проверили, есть ли там посторонний. Но Николай был уверен, что никого там уже нет, вещи целы, и получится только полная глупость. Пойдет слух, что у известного певца теперь и крыша съехала. На почве неудачно сделанной пластической операции.
Его сильно затошнило. Страх попал в кровь, растворился в ней и наполнил организм отравой. Хотелось поскорее от него избавиться. Отошел за машину, нагнулся. Нет, не получается. Во рту горько, сухо, но избавиться от этого ощущения невозможно. А вдруг этот человек сейчас выйдет из подъезда? Кто он? Маньяк? Почему преследует?
Вспомнились слова Фонарина: «…или какому-нибудь парню очень не понравятся твои песни. Настолько не понравятся, что…»
Николай Краснов побежал к машине, одолженной Шантелем, дрожащими руками отпер дверцу, снял с руля костыль. Вскоре он уже ехал по направлению к дому Льва Антоновича Шантеля, благо, тот жил недалеко.
— Что случилось? — спросил Лев Антонович, открыв дверь. — Ты зеленый весь.
— Ты не лучше.
— Я-то с перепоя, — помял лицо руками Шантель и пожаловался: — Только задремал.
— Кажется, меня хотят убить. Или сильно пугают.
— Кому ты нужен?
— Спрашиваешь! Я у тебя переночую?
— Конечно, — посторонился Шантель. — В милицию звонил?
— Людей смешить? Завтра подумаю, что делать. Интересно, откуда у него ключ?
— Вот проблема! — хмыкнул Шантель. — У тебя что, особый замок, сделанный по индивидуальному заказу?
— Нет, обычный.
— Давай спать, а? — жалко улыбнулся Лев Антонович. — Голова болит.
…Заснуть Николай Краснов не мог долго. «Ты еще не знаешь, как пугают…» Теперь знает. А что было бы, если бы тот, кто был в квартире, все-таки открыл дверь? Может, солиста группы «Игра воображения» и в живых-то уже не было. Коля снова почувствовал страх. Неужели охрану нанимать? Придется