Ловушка для падающей звезды

у вас лицо так быстро меняется! Мне показалось, что до выступления у вас губы были более пухлыми! Я еще подумала: какие губы! С ума сойти! Мягкие, пухлые! Но ведь сейчас совсем не то!
— Вы уверены? — попытался улыбнуться он. — Может быть, показалось?
— Мне? Показалось? — обиделасьдамочка. — Я, по-вашему, пьяна?
— Вы сама трезвость, мадам, — он взял пухлую ручку, поднес к губам, взглянул на женщину томно, со значением, — может быть, так мои губы покажутся вам более мягкими и пухлыми?
Мысленно он был готов задушить ее, но еще больше того парня, который ходил по этому залу, выдавая себя за Николая Краснова.
И дамочка оттаяла, прошептала:
— Я не передумала.
— То есть?
— Я дала тебе свой телефон. Позвони. Завтра.
Он чувствовал себя полным идиотом. Что вообще происходит? Одна проблема наслаивается на другую. Кто эта женщина? Вдруг весьма влиятельная особа. Не позвонить — значит обидеть. Коля Краснов добрался до своего столика, вытер холодный пот со лба и тут увидел, как в зал входит Лева Шантель. Оглядывается, замечает солиста «Игры воображения», идет к нему.
— Ты вовремя, — не выдержал Коля. — Когда все уже обошлось. Чутье.
— Я ж тебе говорю: пробки.
— А заложиться на них нельзя? Чтобы не опаздывать?
— Да я же не знал, что так получится! Как все прошло?
— Хуже не бывает. Надо что-то делать. Я хочу добраться до этого парня.
— А вдруг он маньяк?
— Не вдруг. Он точно маньяк. Погоди, вон Пашка идет, мы у него сейчас спросим.
Один из участников группы шел к Коле Краснову и Шантелю. Оба настороженно примолкли.
— Паша, что было? — первым спросил Шантель.
— Ничего. Ждали. Пока Колька по залу ходил. Удивились только, что он так рано приехал.
— По залу? — удивился Николай Краснов. — Я ходил по залу? Но я же раньше никогда этого не делал!
— Ну, мы подумали, что тебе захотелось потусоваться. Мы-то аппаратуру развертывали, ждали, когда наобщаешься и подойдешь, наблюдали издалека. Публика элитная, а ты теперь парень холостой. Может, ты себе невесту присматриваешь?
— И долго я присматривал себе невесту?
— Да минут двадцать. Потом куда-то исчез.
— Двадцать минут! О, Господи! Сколько же он мог натворить за двадцать минут! Теперь с десяток богатых и влиятельных людей считают меня полным идиотом! А во что я был одет?
— Одет? — посмотрел на него Паша. — И в самом деле. Сначала на тебе был тот же пиджак, что пару недель назад на одном из концертов. Приметный такой пиджак, черный, блестящий. И кожаные штаны. Так ты что, переодеться выходил? А зачем? По-моему, классный был прикид.
— Я не…
— Коля, погоди, — заторопился Шантель. И Паше: — Аппаратуру собрали?
— Лев Антонович, мы…
— Встретимся завтра на репетиции.
— Понял. Коля, пока. И не бери в голову: в другой раз получится лучше, с кем не бывает.
Паша ушел, Шантель посмотрел на солиста:
— Не стоит при нем. Представляешь, что начнется, если все узнают, что это был не ты? Скандал! Пойдут ненужные сплетни. Ты помолчи, Коля. Обойдется.
— Да иди ты! У меня жизнь рушится, а ты со своим «обойдется»! Этот парень взялся за меня всерьез. Умный, сволочь. Надел блестящий пиджак, точь-в-точь, как у меня, это отвлекает внимание. Ребята глянули в зал, увидели пиджак, очки, хвост и успокоились. В зале полумрак, сигаретный дым. И в голову не придет, что кто-то может так подшутить. Сволочь! Я даже догадываюсь, почему он это делает.
— Почему? — спросил Шантель.
— Эта история двухлетней давности. Фиса. Он разговаривал с Евой в «Эридане» и здорово ее напугал. Ева сказала, что знает, что я могу человека убить. Откуда? Значит, он в курсе истории с Фисой.
— Так все в курсе, — попробовал отмахнуться Шантель.
— Да, но все в курсе официальной версии: несчастный случай. А что на самом деле произошло, знают несколько человек. Не думаю, что Фонарин рассказал Еве правду, почему-то в его интересах нас помирить. А вот мой преследователь хочет меня уничтожить. Я думаю, что он их уже обошел. Или обходит.
— Кого?
— Леню, Эдика, и того, другого ударника. Я даже не помню, как его зовут. Может, этот маньяк ее брат?
— Кого?
— Да что ты заладил: «кого», «кого»! Фисы!
— Коля, не смеши меня, — отмахнулся Шантель. — Парень приезжает в Москву, похоже, что хорошо упакован, раз купил твою машину, ведет себя довольно нагло, уверенно, да и сам неглуп. А кто такая была Фиса? Девочка из глухой деревни. А ее родня? У них денег нет на такие вояжи в столицу.
— Каждый может внезапно разбогатеть.
— В наше время графы Монте-Кристо перевелись. И кладов не осталось.
— Если он чокнутый, ему на это наплевать.