Ложь напрокат

– Ту, в которой говорилось о предстоящей поездке на рыбалку?
– Да. Помимо всего прочего мне на работу позвонила женщина, как я теперь понимаю, Галина, и предложила посмотреть на шикарно обставленный отъезд мужа с любовницей на рыбалку. Еще она сказала, что хочет встретиться со мной и передать документы, по которым любовница моего мужа сразу отправится назад – в места не столь отдаленные. Я встревожилась и созвонилась с Михаилом. Хотела узнать только одно – правда ли, что его фаворитка недавно из зоны. Он очень грубо со мной разговаривал. Информацию подтвердил, но сказал, что это не мое дело. И он сам разберется с тем, кто и зачем ее подставил… В общем, я рассердилась. До сих пор не знаю, что заставило меня приехать и посмотреть своими глазами на торжественный отъезд на рыбалку. Ничего торжественного и шикарного я не увидела. Вышли, сели в машину и уехали… Наутро я отправилась на место оговоренной встречи в Сафонтьево. Простояла там три часа. Никто не приехал. Я обругала себя, вернулась домой с намерением подать на развод! Выкинуть Михаила из головы! Едва успела открыть квартиру – звонок. Михаил погиб…
На следующий день я обнаружила в почтовом ящике кассету в конверте и сразу все поняла. Выстрел не был случайным. Камера четко запечатлела дом Михаила, его машину, потом мою машину и меня, напряженно наблюдающую за подъездом. Не думала, что могу так выглядеть. Но особо примечательными были кадры у поста ГАИ, где я расспрашивала инспектора о дороге в Сафонтьево. Запечатлено даже время. Догадываетесь, что Михаил был убит в тех местах? – Оксана нервно поправила волосы и посмотрела на меня. – Я тебе уже говорила, что на этот день у меня не было алиби. Словом, я запуталась и испугалась. Татьяну, то есть Ольгу, подозревать не могла. Она ничего не выигрывала от убийства Михаила. Но ее поведение ставило в тупик. Ни одного косого взгляда в мой адрес! Да к тому же полное отсутствие всяких следов переживания по поводу смерти Михаила. Несколько раз я брала ее кадровые документы и удивлялась, как она ухитрилась создать себе новую биографию. Все было четко – учеба в школе, в институте, работа… И ни слова об отбывании наказания! Наверное, я судила по себе – считала, что девица очень сильна духом. Хотя сверх меры цинична. Сейчас вот думаю… мне бы просто вцепиться ей в волосы – сразу бы все и выяснилось…
– Мудрая мысль, – согласилась Наташка, – жаль, что поздно пришла. Выдрала бы пару клоков, может быть, и она бы тебе в волосы вцепилась – со страху чего не сделаешь. Зато могли убийства предотвратить. А я, честно говоря, иногда тебя подозревала… Впрочем, многих подозревала. Но не Галку.
– Когда поняла, что это Галина, сразу вспомнила. Однажды мы с Натальей обломались с гостевым визитом, – начала я рассказ о том, как пришла к своей догадке. – Она тогда только переехала в Бутово и решила устроить маленькое новоселье. Помнишь, – обратилась я к Наташке, – мы еще придумывали причины, как отвертеться, но она накануне перезвонила и буквально вынудила согласиться. – Наталья кивнула. – А помнишь, как мы тащились по грязи с тортом и подарком?
– Еще бы! И мы разбили молочник…
– Сахарницу…
– Нет, молочник!
– Ну хорошо. Пусть сахарница будет молочником. Дело в другом – пришли мы к закрытым дверям. Соседка сказала, что Галка уехала в Санкт-Петербург. Не знаю, уехала ли она на самом деле, но Татьяна с Сергеем только-только вселились в свою квартиру. Галка видела Танюшку и приняла ее за Ольгу. Встречаться с ней не только не хотела, она этого боялась, поэтому на время ушла в подполье. Оттуда и партизанила. А потом события развернулись: Ольга, по ее сценарию, встречается с богатеньким Михаилом, вызывая естественные приступы ревности у законной жены. Галина знает, что Ольга имеет однокомнатную квартиру и числится замужем за каким-то валенком. Наверняка в душе ее зауважала. Зоновское образование пошло Ольге на пользу. И если бы не угроза разоблачения в убийстве отца, стоило подумать о возобновлении родственных отношений – для совместной деятельности. А тем временем к делу подключается Михаил… Я вот все думала – откуда Галка могла знать подробности жизни Ольги? И решила – от близких друзей или коллег Михаила. Труда это не составляло. У Галки, как мы с Натальей считали, было своеобразное хобби – выходить замуж. Официально или неофициально – не важно. Это я уж потом поняла, что это не хобби, а ее основная работа. Что удивительно, ни с кем из бывших жен своих мужей она не ругалась. Более того, те были ей благодарны. Ей запатентовать свой метод, пособие сочинить – прославилась бы на века. Благодарность бывших жен выражалась наверняка материально. Помимо этого Галка трясла карманы любимых. Свихнуться можно!
– Все бабы – дуры, – заметила подруга. –