Ложь напрокат

игр и падала на пол четыре раза. Два – на Славика, один раз – на Алену, чудом избежавшую прямого попадания в голову. Горшки с цветами тоже сшибал не кот, и тараканы прибегали не от сеседей, а со всеми удобствами доставлялись в дом из школьной столовой в ходе спасательной операции при санобработке помещения.
Положа руку на сердце должна признать, что особых хлопот во время учебы ни Слава, ни Алена нам не доставляли. Алена вообще ухитрилась отучиться без единого замечания. У Славика было всего два. Но зато каких! Первое запомнила наизусть: «Уважаемые родители! Ваш сын Слава залез на крышу девятиэтажного дома и гулял там!» Дневник с этой легендарной записью хранится у нас до сих пор. Второе замечание было высказано мне при личной встрече с классным руководителем. На уроке литературы Слава послал своей однокласснице живое письмо: в самодельном конверте носился очумевший от страха здоровенный таракан. Почувствовав пьянящий воздух свободы, тараканище сиганул вон и… В общем, урок был сорван.
Димка спал поперек кровати. Поразительная способность – во время сна занять все свободное пространство так, чтобы другим не досталось. А попробуй разбуди, чтобы подвинулся, – мало не покажется.
Алена унеслась первой. Димон и Славик ушли вместе. Им сегодня по пути. Интересно, почему Димка поминал Листратова? Виктор Васильевич после жутких событий прошлого года стал почетным другом и консультантом нашей семьи. Так, так, так… Листратов… Мне тоже нужен следователь районной прокуратуры Листратов. Впрочем, его уже повысили. Он теперь в прокуратуре города. Главное сейчас – не торопиться! Вот дождусь девяти часов и позвоню Листратову. А пока можно связаться с Оксаной…
На звонок долго не отвечали. Я собралась уже отключиться, когда в трубке раздалось решительное:
– Я вас слушаю…
– Оксана, – радостно завопила я, – боялась, что ты спишь. Это Ирина!
– Правильно боялась… Я немного приболела. – Голос обрел живое человеческое тепло. – Что случилось?
– Ничего. Все в порядке. Ты фамилию при регистрации брака, конечно, не меняла? Ну с Седых на Решетникову…
Оксана с ответом немного помедлила. Вероятно, соображала, чем вызван вопрос, но так и не сообразила.
– Нет, не меняла, – раздалось в трубке. – Только при чем здесь фамилия Решетниковой? Кто это такая?
Теперь уже я подзадержалась с ответом:
– А разве фамилия Михаила не Решетников? Я имею в виду – была…
– Чушь какая-то, – недоуменно произнесла Оксана. – Он был Кургановым. Слышишь меня, Ира? Курганов Михаил Михайлович. Ты мне можешь объяснить, в чем дело?
– Пока нет. Вот если бы он был Решетниковым… Ладно, – заторопилась я, – все хорошо. Просто замечательно. Мне нужна твоя свекровь. Как только привезешь, сразу сообщи. До встречи.
Пришлось смириться с тем, что фамилия Решетников никакого отношения к покойному не имела. Если только косвенное. Отсюда – несколько выводов: либо Ольга не состояла в зарегистрированном браке с Михаилом, либо состояла, но оставила фамилию от предыдущего брака, либо впоследствии развелась и вернула прежнюю. Еще один камень преткновения: настоящая девичья фамилия по отцу должна быть Альтлерер. Отец погибшего мужа Елизаветы Семеновны был обрусевшим немцем. В переводе на русский язык Альтлерер обозначает, кажется, «старый учитель». Эта профессия наследовалась из поколения в поколение. Цепочка прервалась на Юрии… Удивительно, но Лариса Никифоровна утверждала, что Танюшина мама пыталась отыскать маленькую Оленьку. Да разве ж с такой фамилией потеряешься?
Придя к выводу, что чем больше узнаешь, тем больше запутываешься, я набрала номер Листратова. До помощника прокурора города следователь Листратов Виктор Васильевич вырос не без моей помощи. Если положить на одну чашу весов все то, что я год назад сделала для оправдания своего мужа, подозреваемого в убийстве человека, а с другой – комплекс мероприятий, которые провернула, затормозив процесс следствия по делу и ускорив процесс выпадения волос с листратовской головы, то перевес будет явно в мою пользу. Тем более что с Листратовыми мы теперь дружим семьями. Ответил он сразу и сразу меня отшил, сославшись на совещание. Но пообещал связаться, как только освободится.
Несмотря на непонятную чехарду фамилий, интуиция упрямо стояла на своем: погибшая Ольга Юрьевна Решетникова была родной сестрой Татьяны и первой женой Михаила Курганова. Она унаследовала однокомнатную квартиру, принадлежавшую на правах собственности покойной матери. Воспользоваться квартирой по назначению не могла по причине временного отсутствия. А это означает, что она все это время находилась в другом месте. Либо за границей, либо, как это ни