Ложь напрокат

ее жить.
– Ты в своем уме?
Чем была вызвана такая реакция подруги, я не поняла и решила обидеться.
– Во всяком случае, я не ощущаю его отсутствие.
– Ну так со стороны виднее. Голову вижу, тело тоже, ума не наблюдается. Ты разберись с этим делом. Может, он у тебя в другом месте? Остановка, между прочим. Ты загораживаешь своим безумным массивом вход и выход. – Наташка схватила меня за шиворот и втащила наверх. Сзади волновались входящие.
– В чем дело, граждане? – перекрыл всех суровый голос подруги. – Видите, контролеру плохо? Прямо на ступеньке парализовало.
Из другой двери мигом выскочило три подростка, и Наталья поволокла меня на освободившееся место.
– Сиди. Я талончики пробью. Сумки со свободного места не убирай. Там выручка от штрафов.
– А разве у вас не бесплатный проезд? – поинтересовался хорошо одетый мужчина лет пятидесяти.
Держась за поручень, он немного склонился ко мне и иронически улыбался. Я молчала. Наверное, парализованным не следует много разговаривать.
– Вот вы, молодой человек, – Наталья бесцеремонно отодвинула его в сторону и села рядом со мной, – имеете машину, а катаетесь на автобусе. Производственная необходимость? – Мужчина кивнул. – И у нас производственная необходимость. Тщательно спланированная операция, которую вы своим вопросом рассекретили. Попрошу не отвлекать.
На следующей остановке набилось столько народу, что «молодой человек» почти улегся на Наталью.
– Из-ви-ни-те, – по слогам пробормотал он и попробовал передвинуть руку, которой держался за поручень.
Очевидно, у него был маленький стаж езды на общественном транспорте – он промахнулся, чему способствовал очередной толчок от более неустроенных пассажиров. Удобно устроившись на наших коленях, мужчина очень переживал за состояние своей барсетки. В процессе не очень свободного падения она выпала у него из свободной руки мне под ноги. В барсетке были документы на машину и деньги. Сумму он не назвал – Наташка предусмотрительно шлепнула его ладонью по спине, давая понять, чтобы лежал спокойно и ни о чем не думал. Вокруг угрожающе нависали другие пассажиры.
Мужчине завидовали. Некоторые завистники раздраженно настаивали на том, чтобы он подтянул ноги к коленям: место освободится. Наташка возмутилась и предложила недовольным последовать великому почину, но только за счет других пассажиров. Вытащив откуда-то сбоку журнал «Отдохни», она демонстративно положила его на спину лежавшему, доказывая этим, что свободного места нет, и открыла где-то на середине. Потом спохватилась и спросила у мужчины:
– Не возражаете?
– Пожалуйста, пожалуйста, – быстро проговорил он, не осмелившись возразить.
На следующей остановке автобус не остановился. Две женщины противно запротестовали. Зря, конечно. Думаю, они узнали о себе столько нового! И все это стало достоянием гласности. Самое невинное замечание призывало их, зараз, не быть неблагодарной скотиной. Им крупно повезло дважды: они все-таки влезли в автобус, и он по дороге не сломался.
Последняя остановка была конечной. Метрополитеном не пахло. Пахло новым микрорайоном и осенью. Совсем недалеко был какой-то лесопарк. Пассажиры из автобуса выпадали долго. Одни без потерь, других вообще можно было поздравить с приобретением. Пожилой мужчина настоятельно требовал оставить его в покое. К кому было обращено это требование, выяснилось позднее: на него вывалилась черноволосая красавица родом из Средней Азии. Она была пристегнута к его подтяжкам алюминиевым крючком, призванным освободить женские руки, переложив непомерную тяжесть покупок на любую горизонтальную перекладину подходящего размера. Немедленно отстегиваться она не собиралась, поскольку левая рука с сумкой находилась в автобусе. Возникла пробка. Пассажиры орали и требовали бросить сумку. Дама ругалась на двух языках сразу. У кого-то лопнуло терпение, в результате пробку вышибло. Разом вылетело три человека, сумка и чей-то мужской ботинок – наверное, разношенный. Все это скрыло под собой черноволосую красавицу. Дольше всего продержались подтяжки. На наших глазах они растянулись до невероятных размеров. Их обладатель уже готовился примоститься где-нибудь с краешку кучи-малы, но подтяжки отстегнулись, и он, как выпущенный из рогатки камень, врезался в толпу зевак. Это значительно погасило первоначальную скорость, и ему удалось лихо затормозить у палатки с шаурмой, сбив головой объявление: «Требуется продавец-шаурмист». Продолжения мы не видели. Лежавший на наших коленях мужчина воспользовался возможностью пошевелится и предпринял попытку встать. Наталья поинтересовалась, куда же все-таки