Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
Джесси запомнил ночь, освещенную далекими молниями шаровидного грозового облака. Они остановились в поселке-колесе. Он даже название его забыл — просто вращающийся деревянный обруч в сорок футов шириной и в милю в поперечнике, спицы из натянутых канатов и дома для сотни-другой фермерских семей. Мамы не было уже четыре дня. Джесси вышел из гостиницы, где они остановились, и увидел, как папа, щурясь против потока встречного ветра, держась за растяжку сильной рукой, бормочет:
—
Куда же она ушла?
Больше он ни слова не сказал по этому поводу, да и тогда обращался не к сыновьям.
После этого они не бывали героями. С того дня они одевались солдатами, и номер их представлял сражение.
Большой жук был полым. Это понятно само собой, такой большой предмет не мог бы двигаться собственной силой, не будь он полым. Удивило Джесси другое: как мало было у него внутри. Продырявленная спина жука пропускала солнечный свет, и в его лучах он увидел огромное округлое пространство, больше всех стадионов, на каких ему приходилось жонглировать. Бока и дно овального зала выстилал ковер деревьев, а еще пять или шесть деревьев висели в невесомости в центре, сплетясь корнями и разбросав в стороны стволы и ветви. Между ними шныряли стайки блестящих как зеркало рыбок с длинными плавниками, и на них охотились безногие алые и желтые птицы. На глазах у Джесси стайка рыб сумела пробиться в тридцатифутовый водяной шар. Миг спустя погнавшиеся за ними птицы разбили вздрогнувший шар на маленькие круглые капли. Все это происходило в полной тишине, не слышалось ни звука, хотя в воздухе, кроме крупных живых существ, полно было насекомых.
Понятно, ничто не может своим голосом заглушить рев большого жука. Потому, решил Джесси, никто и не пытается.
В воздухе стоял густой запах цветов, растений и распада. Джесси провел байк по широкой дуге вдоль стен, и на долгую минуту забыл обо всем, кроме удивления: он все-таки попал сюда! Затем, возвратившись к исходной точке, он заметил разбитый корабль и «Мистелл» Они были далеко наверху, в чем-то вроде галереи, тянувшейся по «верху» зала, под дырчатой крышей. Оба корабля казались крошечными в этом просторе, но Джесси явственно различал огоньки байков, круживших вокруг кораблей. От горестной боли в груди он едва не раскашлялся снова. Всего несколько секунд, и он был бы с ними. Хоть посмотрел бы на праздник в честь сокровища, которое и он помогал добыть.
А что дальше? Даже если они осыплют его самоцветами, жизнь на них не купишь. В лучшем случае можно повертеть на свету эти пузыри, полюбоваться немного, а потом умереть, одиноким и забытым.
Он развернул байк и отправился на разведку в дебрях жучиных внутренностей.
Джесси довелось повидать очень немного мест, где бы не было людей. На Вирге земельные участки приходилось создавать так же, как гравитацию и солнечный свет. Безлюдных мест просто не существовало, если не считать редких лесов, сцепившихся корнями и ветвями и на мили растянувшихся сплошным ковром. Он видел такой лес на границе одного княжества, где свет Кандеса был бледно-розоватым, а небо всегда отливало персиком. Та спутанная масса зелени казалась бредовым видением, вторгшимся в здравый порядок мира. Но она была ничем в сравнении с безлюдными зарослями большого жука.
Жуки были редкостью: одновременно в мире могло быть не больше нескольких дюжин. Они никогда не подлетали слишком близко к солнцу солнц, поэтому в княжествах их никогда не видели. Они жили в неустойчивом промежутке между цивилизацией и зимой, где не было постоянных солнц, где не собирались народы. И, конечно, приблизиться к ним было невозможно, поэтому, надо думать, никто еще не пролетал по такому собору со стенами из гигантских цветов, между этими неохватными древесными стволами с каплями росы величиной с дом. Несмотря на боль и усталость, Джесси понемногу впал в задумчивое спокойствие, которое для него связывалось с мгновением перед прыжком — или в воздухе, за миг до того, как отец поймает тебя за руку.
Этот душевный покой был оглушительнее
