Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
себя принять ее стоически:
— Понимаю, у тебя нет выбора. У Гупты вот-вот будет свой кристалл. А в войне с богами тебе надо быть на стороне победителя.
Люсьен положил на прикроватный столик заявление об увольнении.
— Какой войне? Ты все еще цепляешься за ту фантазию, в которой сверхпридурки сражаются за то, чтобы превратить луну в компьютроний?
Дэниел моргнул:
— Фантазию? Если ты в нее не верил, то почему работал со мной?
— Ты мне платил. Очень много.
— А сколько тебе будет платить Гупта? Я заплачу вдвое больше.
Люсьен улыбнулся и покачал головой:
— Я не собираюсь работать у Гупты. Я переключаюсь на физику частиц. Фиты, когда они от нас сбежали, не очень-то нас опережали — лет на сорок или пятьдесят. Как только мы их догоним, то, по моим прикидкам, личная вселенная будет стоить примерно столько же, сколько личный остров, а со временем, наверное, даже меньше. Но за контроль над ней никто не будет сражаться, разбрасывая серую слизь наподобие швыряющихся дерьмом мартышек, пока они будут чертить планы мозгов-матрешек.
— Если ты возьмешь хоть какие-нибудь данные из журналов Игровой Площадки… — сказал Дэниел.
— Я буду соблюдать все пункты о конфиденциальности в своем контракте. — Люсьен улыбнулся. — Но к полю Хиггса может проявлять интерес кто угодно — это общедоступные данные.
Когда он ушел, Дэниел уговорил медсестру повысить дозу обезболивающего, пока даже жалящая боль предательства и разочарования не начала стихать.
«Вселенная, — счастливо подумал он. — Скоро у меня будет собственная вселенная. Но там мне понадобятся рабочие, союзники, единомышленники. Я не могу все сделать сам. Кому-то придется нести это бремя».
(Пер. Екатерины Коротнян)
В полдень Сипакна сделал остановку, чтобы Дракон подзарядил батареи. Он проверил кур, которые удовлетворенно кудахтали в своих клетях, и, выйдя наружу, присел в тени развернутого на сорокатрехградусной жаре солнечного крыла. Айлина, его партнер по покеру (и, время от времени, сексу) обвиняла Сипакну в «снобизме наоборот»: он, дескать, гордится, что способен выдерживать пекло Сонорана без кондиционера. Сипакна улыбнулся и запрокинул фляжку с водой, наслаждаясь сладостью каждой прохладной капли, попавшей на язык.
Разумеется, Айлина ошибалась. Он неподвижно застыл, когда первая дикая пчела его обнаружила, пожужжала перед лицом и уселась напиться на кожу, усеянную бусинками пота. Пчела-убийца. Сипакна задержал дыхание, но мог бы и не беспокоиться. В этих местах жажда была великим укротителем. Все другие импульсы отступали перед необходимостью искать источник влаги.
Даже любовь.
Он коротко хохотнул, пока пчелы-убийцы жужжали, утоляя жажду. В общем, Айлина была им недовольна, но все равно ей его не хватало, когда она в одиночку развлекала туристов. В последнее время туристы прибывали в основном из Китая, заполняя подводные курорты моря Кортеса. Китайцы — заядлые игроки, к тому же со средствами, поэтому Айлина обвиняла Сипакну в дезертирстве. Но он покидал ее каждую весну. Она знала это и была готова. Утес, над которым он курсировал, заканчивался обрывом, выдолбленным водой, падавшей здесь несколько веков тому назад. Ниже раскинулась равнина коричнево-желтых и красноватых тонов, усеянная пыльными пятнами полыни и тянущимися вверх гигантскими кактусами сагуаро, одинокими часовыми, задумчиво глядящими на засохшие земли Сонорана и развалины города вдалеке. Палома? Сипакна повернул запястье, определяя свое местоположение по связи. Да, точно. Оказалось, что он заехал на восток чуть дальше, чем предполагал, нарушив границы заповедника Пима. Теперь, можно не сомневаться, с его счета снимут штраф. Сипакна вздохнул. Он считался служащим заповедника, и начальство не возражало, когда он вторгался на чужую территорию. Это оборачивалось против него, только когда наступало время расчетов. Пима любила поторговаться.
Ему бы действительно следовало позволить навигационной связи разрабатывать для него маршрут, но Айлина была права хотя бы в одном: он гордился, что умел ориентироваться в Соноране самостоятельно. Сипакна прищурился, когда вдалеке что-то мелькнуло. Ящерица? Возможно. Или один
