Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
планеты и крах всех попыток сделать ее лучше.
— Вы считаете, что в Департаменте есть предатель?
— Уверен в этом, их по крайней мере два. — Мэллоув развернулся на сто восемьдесят градусов, направив оружие на Макса.
На этот раз арестованный не подпрыгнул. Мэллоув помедлил мгновение, затем положил пистолет. Металл громко звякнул о кусок цветного стекла из витража, изображавшего убиение святого Порлука.
Мэллоув негромко хмыкнул.
— «Сэр, если вы хотите, чтобы я стал предателем, я им стану». Вот это преданность! Дрожин такого от своих людей не дождется. — Он нажал на кнопку интеркома. — Анатолий, принесите ключи.
У Макса вырвался вздох облегчения. В первый раз ему пришло в голову, что, он, возможно, выйдет отсюда живым.
Дверь бесшумно отворилась. Вошедший секретарь снял с Макса наручники. Анатолий был офицером современным, образованным, из тех, что создают планы кампаний не на картах, а в компьютерах. Взгляд его задержался на столе, на пистолете, освещенном лампочками под витражом «Разрушение Храма»,
и на пальце Мэллоува, с нарочитой небрежностью лежавшем на спусковом крючке.
Макс принялся растирать ноющие запястья, размышляя, какая часть этого представления предназначалась для него, а какая — для Анатолия. У Мэллоува каждое движение и слово было рассчитано.
— Что-нибудь еще, сэр? — спросил Анатолий.
— Мы еще не все обсудили, кое-что пока находится в подвешенном состоянии — как движущиеся мишени, — Мэллоув издал похожий на лай смешок и взмахнул оружием. — Закажите столик на троих в «Соляных Столпах».
В той кабинке, что напротив входа.
Со словами «есть, сэр» Анатолий сунул руку в карман за телефоном.
При мысли об обеде в «Соляных Столпах» у Макса потекли слюнки. В последний раз он ел там медальоны из баранины с кускусом
и шафраном — это было несколько лет назад, и с тех пор он не пробовал ничего подобного. Они были там с Мередит, отмечали годовщину свадьбы…
Он отбросил эти мысли. Его жизнь была строго поделена на фрагменты, и фрагменты эти были отгорожены друг от друга непроницаемыми переборками. Сейчас не время открывать двери.
Мэллоув закрыл бутылку и убрал ее в ящик вместе с пистолетом. Вторая рюмка, предназначавшаяся для Макса, осталась забытой на столе.
— Я хочу, чтобы ты помог мне в поисках предателя, Макс, — заявил Мэллоув. — Нужно выявить дрожинских кротов.
— Я именно тот, кто вам нужен, — ответил Макс без тени иронии. Возможно, ему удастся бросить подозрение на лучших людей Мэллоува и ослабить Департамент образования.
— Анатолий подготовил краткий список подозреваемых. Вы займетесь этим вместе.
Макс избегал встречаться взглядом с секретарем.
— Вы уверены, что у Анатолия найдется на это время — ведь у него столько обязанностей?
— Найдется, — отрезал Мэллоув. — Это самое важное в данный момент задание, а вы — двое лучших моих людей.
Именно этого Макс и боялся. Анатолий был умен, и Максу не хотелось рисковать, его вполне могли раскрыть. Секретарь смотрел на Макса поверх очков, словно пытаясь проникнуть в его мысли. Он не сводил с бывшего арестованного взгляда, пока стучал по клавиатуре, заказывая столик, и звонил водителю Мэллоува, чтобы тот подогнал машину. Он словно хотел сказать что-то. «Интересно, что именно», — подумал Макс.
Затем секретарь перевел взгляд на начальника.
— Кабинка готова, сэр. — Он протянул Максу руку. — Рад снова видеть тебя в строю, Ник.
Макс выдавил улыбку. Ник было сокращением от «Никомедес» — Анатолий всегда называл его «Старым Ником»,
говорил, что он уродлив, как Сатана, и вдвое хитрее его. Он крепко стиснул протянутую ладонь.
— Да, чертовски приятно вернуться домой, Анни.
Он знал, что секретарь терпеть не может, когда его называют бабским именем, но тот лишь ухмыльнулся. Первым делом, подумал Макс, надо будет избавиться от него.
Они втроем вышли из кабинета, стуча каблуками по бетонному полу, и спустились по главной лестнице, убогой и некрашеной. Архитектура на планете была непритязательна из моральных принципов, так и в практических целях. Обитатели Иисусалима называли себя простыми христианами; эти религиозные фундаменталисты двадцать первого века страшились научного прогресса и считали генную инженерию скверной. Ведь, в конце концов, если человек был создан по образу и подобию Бога, любые изменения в этом «образе» означают отречение от Творца. Движение зародилось в Соединенных
