Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
собирался читать ее — это был ритуал.
Он закрыл глаза, ткнул пальцем в страницу, затем взглянул на слова. Второзаконие, 14:2: «Ибо ты народ святой у Господа Бога твоего, и тебя избрал Господь, чтобы ты был собственным Его народом из всех народов, которые на земле».
Что значит эта фраза сейчас, когда они уже не на Земле? Макс никогда не был силен в теологии, так что этот вопрос его не особо волновал. Он взял огрызок карандаша и бумажку для молитвенных записочек и направился к стене, у которой стояли коленопреклоненные верующие. Выбрал место как можно дальше от двух женщин, очевидно, матери и дочери, закутанных в одинаковые алые шарфы, старательно, молча царапавших свои записочки. В углу висел телевизор; по нему повторяли старые записи проповедей Ренье Голден, Золотой Пророчицы, основательницы Простого Христианства.
«Судьба, определенная нам Господом, видна из испытаний, которые Он ниспосылает нам», — говорила Золотая Пророчица.
Макс узнал эту проповедь — она была произнесена на берегу реки в Ростове-на-Дону, на юге России. Голден была американкой, но она обратила в свою веру много людей во время двух продолжительных визитов в бывший Советский Союз, Болгарию, Сербию и Грецию. Сотни тысяч новообращенных последовали ее призыву покинуть планету. Она умерла, так и не успев улететь с Земли, но тем самым лишь уподобилась Моисею, которому не суждено было достичь земли обетованной. Ее последователи образовали многонациональное общество, которое держалось на одной только силе — вначале на силе ее личности, затем на трудностях, возникших при освоении Иисусалима, а затем, наконец, на силе патриархов и революции, самой могучей из всех.
Макс больше десяти лет не пользовался этим почтовым ящиком. Он сложил руки и принялся от всего сердца молиться богу шпионов и тех, кто оказался в тылу врага, чтобы получатель когда-нибудь наведался сюда.
Затем взял карандаш и начал писать, надеясь, что человек, которому предназначалось письмо, расшифрует старый код.
«Я обращаюсь к тем, кто слушает меня сейчас посредством спутников; я хочу, чтобы вы взялись за руки. Протяните руку и прикоснитесь к телеэкрану…»
Он писал медленно. Код основывался на словах, обозначавших членов семьи. «Тетя» означала одно, «дядя» — другое, а определенные слова придавали сообщению тайный смысл.
«Господь указал нам, как строить корабль, подобно тому, как Он дал Ною план ковчега. Только на этот раз мы отправимся прямо на небеса. Вознесите молитвы в сердце своем, и там, на небе, вы сможете повторить их перед лицом Бога…»
Макс сложил свою бумажку и опустил ее в ящик.
— Могу я вам помочь?
За спиной у него стоял молодой священник в традиционном костюме и галстуке. Один из этих сердитых молодых пасторов, поставивших себе целью вернуть церкви былое величие при светском режиме, если Макс правильно угадал.
«Господь не велит нам общаться с грешниками, но падший мир погряз в грехе. Нам остается лишь покинуть этот мир и вознестись…»
— Я просто писал молитвенную записку, — негромко ответил Макс и положил огрызок карандаша обратно в чашку.
— Я вас не знаю, вы не из наших прихожан.
— Церковь открыта для всех, — сказал Макс.
Священник мельком оглядел Макса, отметил отсутствие рубашки, взмокшую от пота футболку, окровавленную руку.
— Вы не находите это странным — те, кто преследует церковь, бегут прятаться в ней, когда им грозит опасность.
«Вы готовы к испытаниям? Вам предстоит сделать выбор: вы можете умереть среди грешников или обратить свой взор к небу и присоединиться к сонму ангелов…»
Старуха, молившаяся на другом конце стены, с помощью дочери поднялась на ноги и проворчала:
— Каждый человек может измениться. Иногда опасность — это способ дать нам понять, что нужно покаяться.
— Согласен, миссис Евенко, — ответил пастор.
Они разговорились, и Макс скользнул прочь. Делать здесь больше было нечего, оставалось лишь надеяться, что Обермейер или кто там еще получит его послание и расшифрует его. Он толкнул боковую дверь; солнце ослепительно сверкало на металлических крышах, и он заморгал.
В шею ему уперлось дуло пистолета.
— Как мне хочется тебя пристрелить, — произнес чей-то голос. — Только дай мне повод.
Макс в третий раз за сегодня поднял руки, и сейчас бежать было некуда.
— В этом нет необходимости.
Пистолет сильно ткнул его в голову, едва не сбив его с ног.
— Это я здесь решаю, в чем есть необходимость, а в чем нет. — Солдат сунул руку в карман Максу и извлек оружие. — А теперь иди к Кавалерийскому парку.
— Слушаюсь, сэр, — ответил Макс, повинуясь. Он еще раз напомнил себе: эти люди на его стороне,
