Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
Форчи выступил вперед.
— Левеза! Прекрати! Это жестоко!
— Но необходимо. Иначе он нас съест.
— Зачем ты это делаешь? Кауэя все равно не вернешь.
Левеза повернулась. Я заметила, что ее нижняя челюсть распухла.
— Чтобы учиться у него.
— Чему именно?
— Всему, что он знает.
— Нам пора в дорогу, — объявил Вожак.
— Именно, — категорично заявила она. — Поэтому он и лежит сейчас в этом фургоне.
— Ты берешь его с собой?
Все волосы Форчи стали дыбом, от гривы до элегантной эспаньолки.
Но Левеза вскинула голову, и кажется, я помню, как она улыбнулась.
— Вы не сумеете мне помешать.
Весь табун дружно вздохнул. Перепуганный, удивленный звук.
Но Левеза как ни в чем не бывало взглянула на меня и спросила:
— Как по-твоему, можешь принести мне хомут?
Пронто мотнул головой в ее сторону:
— Вот, возьми, безумная!
— Левеза, этим его не вернешь, — заплакала я. — Ну же, дорогая, оставь Кота в покое, смирись и поедем.
Она с жалостью уставилась на меня:
— Бедняжка Аква!
Она сама впряглась в фургон. Женщинам полагается носить винтовки, мужчинам — таскать повозки. По двое, если дорога идет в гору.
Я пыталась идти рядом с ней. Больше никто не мог вынести едкой кошачьей вони. Я кашляла. Глаза слезились.
— Я не могу оставаться с тобой.
— Все в порядке, дорогая, — заверила она. — Иди к остальным. Там тебе будет легче.
— Но ты останешься одна с этой тварью.
— Ей не до меня.
Исчерпав все аргументы, я отошла.
Мы продолжали путь. Весь этот долгий день Форчи не позволял нам спать, и время от времени до нас доносился голос Левезы, изводившей несчастное животное своими вопросами.
— Нет! — вдруг услышали мы ее крик. — Это не инстинкт! Ты вполне можешь питаться чем-то другим. У тебя есть выбор! И необязательно пожирать других!
Кот взревел, но тут же простонал:
— Иногда другой еды просто не находится! Или хочешь, чтобы мы стояли и смотрели, как от голода умирают наши дети?!
— Почему же вы отняли мое дитя? — завопила Левеза. — На нем… — Она горестно заржала. Но тут же яростно фыркнула: — На нем даже мяса не было!
Кот снова застонал.
Левеза говорила что-то еще, но мы не разобрали слов. Наконец она замолчала и вновь потащила телегу, прислушиваясь к Коту. Постепенно она пропустила вперед даже арьергард африрадоров, которым поручалось защищать отставших. Создавалось такое впечатление, что для соплеменников она вообще перестала существовать.
— Они нападут на нее! Захватят и сожрут! — постоянно жаловалась я Грэме.
Она на ходу положила голову на мою холку.
— Если кто-то и способен устоять в одиночку против Котов, так это Левеза.
С вершины холма открывался прекрасный вид. Форчи поднялся на дыбы, заржал и стал месить копытами воздух. Возницы повернули налево и образовали круг.
— Щиты! — приказал Вожак.
Мы все начали сгружать щиты, заслонявшие нас от ветра, и загородили фургоны, чтобы получилось подобие крепости. Я то и дело оглядывалась в поисках Левезы.
Наконец, уже в сумерках, она появилась, волоча за собой повозку с Котом. На ее холке засохла пена. Она выглядела уставшей. Голова клонилась вниз, словно ее обладательница была в чем-то виновата.
Добравшись до нас, Левеза остановилась. В гриве запутались шипы и сухие ветки.
— Он связан. И очень ослаб, — сообщила она.
Форчи гневно фыркнул и стал бить копытом.
— Думаешь, кто-то сможет заснуть, когда в нашем кругу стоит кошачья вонь?
Левеза вздрогнула.
— Он говорит, что другие Коты его убьют.
— Ну и пусть! — воскликнул Форчи.
Левеза, не ответив, повернулась и оттащила повозку от лагеря. Форчи на миг оцепенел, но, тут же придя в себя, приказал:
— Аква, присмотри за подругой!
Видно, что-то в его словах не понравилось Грэме, потому что она пошла со мной. Шагая к повозке, мы тесно прижались друг к другу, от плеча до бедра, ища поддержки и утешения.
— Она снова вспоминает случившееся с Грассой, — пояснила Грэма.
— Грассой?
— С ее матерью. Она видела, как ее разорвали. Помнишь?
— Ах, да, прости.
Я изобразила смешок. Смешок, которым вы маскируете смущение. Извиняете собственную забывчивость. Забывчивость по отношению к мертвым, вызванную стыдом и необходимостью не осложнять себе жизнь.
— Похоже, ты запамятовала, как нелегко ей жилось в молодости. И все из-за тебя, — съязвила я.
Грэма виновато опустила голову.
— Знаю, — прошептала она.
Грэма всячески старалась унизить Левезу, пока та не сцепилась с ней, хотя была на два года моложе.
