Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
суматоху. Мы столпились на берегу, наклоняясь и отталкивая головы соседей. Грэма поднялась на холм, чтобы расчистить себе место, и оказалась в самом хвосте. Самой возможной жертвой. Я едва не крикнула:
— Грэма, возвращайся!
И уже открыла рот, когда три Кота набросились на нее. Весь табун немедленно попятился, словно дым, уносимый ветром. Два кота вцепились ей в задние ноги. Один пытался разорвать глотку.
Она мертва. Грэма мертва!
Я была в этом уверена. И поэтому заметалась, подгоняемая внезапным порывом помочь бедняжке.
Но тут раздался треск выстрелов. Те двое, что схватили ее сзади, взвыли и были отброшены назад. Один откатился и бросился бежать, другой перевернулся через голову и застыл.
Каким-то чудом третья пуля пронзила Кота, висевшего на груди Грэмы, и не задела ее. Я оглянулась на фургон и увидела: Левеза бьется в упряжи, не в силах подняться на дыбы или дотянуться до винтовки.
В задке фургона, высунув голову и винтовку над бортом, стояла Мать-Кошка.
Грэма тряслась и трепетала. Мышцы под шкурой непрерывно сводило судорогами. Округлившиеся глаза обвело белым. Она была в такой панике, что даже не дышала.
Я отчетливо представляла ее чувства.
Я ободряюще заржала раз-другой, пробираясь к ней. Касаясь ее.
Она издала долгий болезненный стон. Я прикусила ее холку.
— Пойдем, дорогая. Пойдем, — процедила я сквозь стиснутые зубы и повела ее назад, к остальным, вниз по ручью. Ее прерывистое дыхание больше походило на всхлипы.
Никто не посочувствовал Грэме. Мало того, другие Лошади отскакивали с дороги, словно в руках у нас были пылающие факелы. Грэма кивнула, давая понять, что все в порядке, и я отпустила ее. Она все еще дрожала, но осторожно сделала несколько шагов — опробовать израненные задние ноги. Я сняла с нее узелок со снадобьями и вынула настой коры, чтобы промыть раны.
Я так рассердилась на остальных, что громко крикнула:
— Все хорошо. А вы оставьте ее в покое! Только оставьте ее в покое! Она достаточно часто вас лечила!
Вперед выступил Форчи и вдохнул ее запах, пытаясь определить, насколько серьезно она ранена.
Потом он посмотрел в сторону Кошки, все еще державшей винтовку, спокойно повернулся и направился к фургону. Левезе наконец удалось снять хомут. Она стала подниматься в гору, навстречу Форчи.
Я пыталась увести Грэму назад, к нашим повозкам, но она решительно покачала головой. Значит, хотела услышать слова Форчи.
Я не слишком хорошо слышала его, зато сюда отчетливо доносился голос Левезы:
— У нее столько же причин бежать от них, сколько у тебя!
Голос Форчи стал резче. Похоже, он отдавал приказ.
— Нет! — отрезала Левеза.
Он произнес что-то еще, и Левеза ответила:
— Полагаю, она сделала все, чтобы нас защитить.
— В таком случае, убирайтесь! — громко велел Форчи. — Ты, или она, или вы обе!
— Я уже убралась. Неужели не заметил?
Она отступила назад, к длинному передку, и натянула на себя хомут.
— Вы больше мне не нужны. Обойдусь и без вас!
Она развернулась. Так круто, что едва не повалила фургон набок. И потащила его по берегу ручья. Форчи снова скомандовал всем идти к воде:
— Африрадоры, охраняйте всех, пока они пьют.
К моему удивлению, Грэма похромала за фургоном Левезы так быстро, как могла.
Я не хотела оставлять ее одну, поэтому, взяв с собой Чуву, зашагала следом. Спускаясь вниз, мы прошли мимо Форчи, взбиравшегося по склону с опущенной головой. Он проигнорировал нас. Нельзя слишком часто бросать вызов Вожаку.
Я догнала Грэму. Мы ковыляли по камням, переходили вброд мелкие пруды. Чува терлась подбородком о мой бок, словно утешая. Левеза заметила нас за своей спиной и остановилась.
— Здравствуй, дорогая! — окликнула она Чуву, которая поскакала вперед, радуясь, что видит ее. Они сплелись шеями, наслаждаясь дыханием друг друга. Я подошла ближе, чувствуя, как слезы жгут глаза. Мы по-прежнему оставались семьей.
Грэма положила голову на борт фургона.
— Спасибо, — шепнула она Мэй.
— Ты ухаживала за мной, — ответила Кошка.
— Мэй! — окликнула Левеза. — Это моя названая дочь Чува.
— Чува, — повторила Кошка и, улыбнувшись, подползла к передку фургона. — А у меня сын. Маленький мальчик.
Чува, нерешительно оглядевшись, попятилась.
— Он там… вместе с прайдом? — спросила Левеза.
— Да. Но теперь он не захочет меня знать.
Мэй снова отползла.
— Главное для нас — охота. Никто не желает думать о чем-то еще. — Она пожала плечами. — Впрочем, он уже повзрослел и все равно скоро ушел бы от меня.
Левеза остановилась.
— Ты, наверное, хочешь
