Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
полностью брошены на произвол судьбы. Мы были как напуганные дети, запертые в темной комнате.
Я решила зайти к Хильде. Двери всех наших камер выходили в один коридор, и на каждой была табличка с именем жильца. Нам не запрещалось ходить в гости друг к другу, и многие так и делали. Я не знала, как дать знать о себе, поэтому просто постучала.
Дверь поползла в сторону. Хильда попятилась, не спуская с меня глаз.
— Не возражаешь, если я зайду?
Заторможенно, как зомби, она махнула рукой и неуклюже полезла обратно на свою койку. Сидеть больше было негде, поэтому я пристроилась там же, в ногах. Она повозилась с панелью управления, и дверь задвинулась. Мы были одни. Повеяло чем-то опасным, неопределенным, но не так, как бывает в ночных кошмарах.
— Я просто хотела сказать, что наши собрания, конечно, большая нагрузка. А что я могу поделать? Хотя, как ты знаешь, никто не заставляет туда ходить.
Ее косички полностью растрепались — сколько дней за ней не ухаживали? Мне захотелось спросить, есть ли у нее расческа.
— Я… я… не то чтобы… я не против… Капитан.
К концу этой речи у нее на лбу выступили капли пота. Черные глаза с длинными загнутыми ресницами. Очень полные губы, чуть великоватые для такого узкого лица. В этой несоразмерности было свое очарование, ее можно было бы назвать хорошенькой, будь у нее в глазах хоть немного жизни.
— О нет, — воскликнула я, испугавшись ее усилий. — Послушай, я вовсе не начальник. Это система мне подстроила. Я не собираюсь тебя ни о чем выспрашивать. Я хотела…
Что я хотела? Я и сама не понимала.
— У тебя есть расческа?
— Д-да… м-мэм.
Она вновь сползла с койки, пошарила в закутке ионного душа и вытащила оттуда расческу из серо-зеленой фиброкерамики, принадлежность станции. Когда она пыталась отдать мне расческу, ее руку водило из стороны в сторону. Я с жалостью смотрела на нее. И вдруг в голове мелькнула та же мысль, что возникла у меня во время нашей первой встречи. Она выглядела домашней девочкой, вот что. Она ничем не походила на остальных членов моей «команды», скучных, усталых уголовников, сброшенных с высот своего положения изгоев. Хильда была не только самой молодой из нас. Чувствовалось, что о ней заботились, холили и лелеяли. И вот такой по сути еще ребенок вдруг превращается в зомби в камере смертников. Тут была какая-то тайна. Что она натворила, черт побери? Или она сумасшедшая? Что сделало эту кроткую девятнадцатилетнюю девушку такой опасной?
— Ну-ка, повернись.
Я распустила ее косички, расчесала спутанную гриву волос и вновь их заплела. В этот момент я чувствовала себя ее матерью. Это было так приятно! Я была рада, что она стояла ко мне спиной и не могла видеть слез у меня на глазах.
— Готово. Пока сойдет.
Она повернулась обратно; движения давались ей с трудом.
— Сп-па… сибо…
вам. — Теперь у меня не было причин не дотрагиваться до нее… — Можно, я зайду еще? — Она яростно пыталась говорить разборчиво. — Да… мне п-понравилось…
это.
Четвертое занятие было практическим. Об этом предупредили по внутренней видеосвязи заранее, но увиденное в комнате отдыха нас потрясло. Стулья и кабинка, где обычно сидела Старшая Сестра, исчезли. Как только последний из нас зашел в помещение, двери закрылись и вокруг развернулся симулированный пейзаж. Покрытая травой прерия с разбросанными там и сям деревцами, стадо каких-то крупных животных на горизонте… Дезориентированные, сбитые с толку, мы старались действовать, как потерпевшие кораблекрушение, выброшенные на необитаемый остров. Посовещавшись, единодушно решили рассматривать этих косматых, бегающих на лапах саблезубых бизоноподобных тварей в качестве потенциальных ездовых животных. Мы попытались поймать одну молодую особь, чтобы потом приручить. О Боже, это была настоящая катастрофа, зато мы изрядно повеселились. Мне пришлось вправлять сломанную кость. Крутой парень Коффи мужественно перенес эту проводившуюся без анестезии операцию. Мы обсуждали возможности компьютерной фармакологии и родео.
Систа и Энджи (она заявила, что не желает больше зваться Сервалан) стали жить вместе, и никакого наказания за это не последовало. Джи приставала ко мне, требуя создать симулятор роддома. Слава Богу, что у меня не было возможности контролировать сюжеты, которые подбирала нам система. Я обнаружила, что ошибалась, посчитав Бимбам наркоманкой. Никаких стимуляторов она не употребляла. Прежде Бимбам работала школьной учительницей и приторговывала наркотиками. Ее мучило то, что два года назад ее разлучили с детьми — семилетней дочкой и пятилетним сыном. В земной тюрьме у нее хотя бы было право
