Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
старуха Эвелин Кренчнотед, танцевала в каком-то знаменитом месте в Нью-Йорке, «Абрахам центре» или что-то в этом роде. Анна была знаменитой. Но Эвелин могла и ошибаться, и в любом случае это не имело значения. С первой же секунды, когда Боб Донован увидел Анну Чернову, ему захотелось делать ей подарки. Цветы. Драгоценности. Все, что она захочет. Все, что у него есть. И каким же надо быть идиотом, чтобы так себя вести в его возрасте? Тьфу!
Он спустился на лифте на первый этаж, взбешенно протопал через вестибюль и вышел через боковую дверь в «сад воспоминаний». Дурацкое название, в стиле дурацкого нью эйдж. Ему хотелось что-нибудь пнуть, заорать…
Его пронзила энергия, от основания позвоночника, вверх по спине и до мозга, мягко, но четко, вроде удара током от неисправного тостера или вроде того. Потом это ощущение пропало.
Это еще что за хрень? Он в порядке? Если он упадет, как Анна…
Он был в порядке. И кости у него не такие тонкие и хрупкие, как у Анны. Чем бы это ни было, все уже кончилось. Ну, бывает.
На том же этаже дома престарелых, где находился лазарет, женщина, которой осталось жить всего несколько дней, что-то бормотала в своем долгом и последнем полусне. Капельница вливала морфин в ее руку, облегчая уход. К ее бормотанию никто не прислушивался — уже несколько лет оно было лишено всякого смысла. На мгновение она смолкла, и ее глаза, вновь засиявшие на изможденном, а некогда прелестном лице, расширились. Но лишь на мгновение. Глаза закрылись, и бессмысленное бормотание возобновилось.
В Тихуане бодрый старик, сидящий за прилавком рыночной палатки своего сына, где он продавал дешевые мексиканские одеяла болтливым
туристас, внезапно поднял лицо к солнцу. Его рот, где все еще сохранились все ослепительно белые зубы, удивленно округлился.
В Бомбее вдова, одетая в белое, выглянула из окна на кишащие людьми улицы, и ее лицо стало бледным, как ее сари.
В Ченгду монах, сидящий на коврике на полированном полу комнаты для медитаций в древнем монастыре Венышу, нарушил священную тишину шокирующим и испуганным смехом.
Керри Веси сидела в заднем уголке класса доктора Эрдмана и думала об убийстве.
Конечно, она никогда на такое не пойдет. Убивать нельзя. Сама мысль о том, чтобы отнять чью-то жизнь, наполняла ее ужасом, который лишь усугублялся…
Размолотые касторовые бобы — смертельный яд.
…ежедневным наблюдением того, как отчаянно старики держатся за жизнь. И еще она…
Сводный брат однажды показал ей, как можно испортить тормоза в машине.
…знала, что она не из тех, кто решает проблемы таким необратимым способом. И в любом случае ее…
Присяжные почти всегда оправдывают избитую женщину, которая защищалась.
…адвокат сказал, что бумажный поток ограничительных ордеров и справок о нанесенных побоях пока что для нее лучший способ…
Если человек вырубится после дюжины пива, он не почувствует, как в него входит пуля из табельного револьвера.
…законно отправить Джима за решетку. Это, как сказал адвокат, «решит проблему» — словно подбитый глаз, сломанная рука и постоянные угрозы, заставляющие ее бояться, даже когда Джим находился в другом городе, были всего лишь теоретической «проблемой» наподобие тех, что доктор Эрдман давал решать своим студентам-физикам.
Он сидел на столе перед студентами и говорил о чем-то под названием «конденсат Бозе — Эйнштейна». Керри понятия не имела, что это такое, и ей было все равно. Ей просто нравилось быть здесь, сидеть незамеченной сзади в уголке. Никого из студентов, девятерых парней и двух девушек, не интересовали ни ее присутствие, ни ее подбитый глаз, ни ее красота. Когда с ними был доктор Эрдман, он полностью овладевал их вниманием, и это дарило ей неописуемый покой. Керри пыталась — и знала, что безуспешно — спрятать свою красоту. Внешность не приносила ей ничего, кроме неприятностей: Гэри, Эрик, Джим. Поэтому сейчас она ходила в мешковатых свитерах, без косметики, и прятала волосы из чистого золота под бесформенной шляпкой. Возможно, если бы она была такой же умной, как эти студенты, то научилась бы выбирать мужчин другого типа. Но она такой не была и не научилась, и класс доктора Эрдмана стал местом,
