Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
сам. Ему и таракана не раздавить. Подозреваешь, что тут поработал наемный убийца?
— Не знаю. — Джерачи ненадолго задумался. — Нет. Тут что-то другое. Нечто более эзотерическое.
Тара не знала, что значит «эзотерическое», поэтому промолчала. Джерачи был умен. Слишком умен для копа, как говорили некоторые коллеги, но говорили или из ревности, или такие копы, что предпочитают вышибать двери, а не разгадывать преступления. Тара Вашингтон знала, что он не из тех, кто вышибает двери. И намеревалась выучиться у Винса Джерачи всему, что сможет, пусть даже она не знает разные там умные словечки, как он. Всему, и еще больше. Она решила, что когда-нибудь станет таким же хорошим детективом, как он.
— Давай-ка потолкуем с персоналом о той эпидемии пищевых отравлений, — сказал Джерачи.
Но рассказ о пищевом отравлении подтвердился. И уже ближе к полудню ему позвонили и сообщили результаты вскрытия. Джерачи закрыл свой мобильник и сказал:
— Пелтиер умер от «сердечного приступа». Внезапная и мгновенная остановка сердца.
— Такой молодой коп? Здоровый, и все такое?
— Так говорят эксперты.
— Значит, насильственной смерти не было. Расследование закрыто.
Это ее слегка разочаровало. Убийство копа избитой женой стало бы весьма заметным событием. Поэтому Джерачи и поручили его расследовать.
— Расследование закрыто, — подтвердил Джерачи. — Но все равно Эрдман что-то знает. Мы просто никогда не узнаем, что именно.
Незадолго до полудня в пятницу Эвелин уложила свое полное тело на кушетку, готовую скользнуть в странную на вид медицинскую трубу. По такому случаю она надела свой лучший костюм из синего полиэфира с голубыми кружевами и хорошие кремовые туфельки. Доктор Дибелла — такой симпатичный молодой мужчина, жаль, что она не на пятьдесят лет моложе, ха-ха-ха — спросил:
— Вам удобно, миссис Кренчнотед?
— Зовите меня Эвелин. Да, мне хорошо, я никогда не проходила эту… как вы ее назвали?
— Функциональная магниторезонансная томография. Я вас сейчас пристегну, потому что очень важно, чтобы в течение всей процедуры вы лежали совершенно неподвижно.
— О, да, понимаю, вы не хотите, чтобы мои мозги болтались по всей кушетке, пока вы снимаете… Джина, ты еще здесь? Я тебя не вижу…
— Я здесь, — отозвалась Джина. — Не бойся, Эвелин. «Если я пойду и долиною смертной тени…»
— Здесь нет теней, и я не боюсь! — Честное слово, иногда этой Джины бывает слишком много. Но все же труба эта
действительно страшновата. — Вы мне просто скажите, доктор, когда будете готовы засунуть меня в эту штуку, и я буду лежать смирно. Она тесная, как гроб, верно? Что ж, я собираюсь долго пролежать под землей, но не планирую начать прямой сейчас, ха-ха-ха! Но если я буду с вами и дальше разговаривать, когда попаду в…
— Конечно. Продолжайте говорить.
Он так безропотно это произнес, бедняжка. Что ж, неудивительно, ему наверняка скучно заниматься этим целый день напролет. Чем бы его развеселить?
— Вы теперь часто бываете у нас, верно, то есть когда не находитесь здесь, а вы уже слышали про ожерелье Анны Черновой?
— Нет, а что о нем говорят? Вот и все, просто держите голову вот так.
— Оно просто сказочное! — с легким отчаянием произнесла Эвелин. Доктор надел ей на голову нечто вроде тисков, и она совсем не могла ей шевелить. Ее сердце зачастило. — С бриллиантами, рубинами и еще всякими разными камнями, точно не знаю. Русский царь подарил его одной знаменитой балерине, которая…
— Правда? Какой именно царь?
—
Царь России! — Безобразие, и чему только молодежь нынче учат в школах? — Он подарил его одной знаменитой балерине, которая учила Анну Чернову, и она подарила его Анне, а та, естественно, хранит его в местном сейфе, потому что, сами подумайте, если его украдут, то что станет с репутацией нашего заведения, и вообще оно абсолютно бесценное, поэтому… ой!
— Вы сейчас ровненько и медленно попадете в прибор, Эвелин. Все будет хорошо. Закройте глаза, если это помогает. Скажите, а вы сами это ожерелье видели?
— О, нет! — Эвелин ахнула, и сердце забилось быстрее, когда она ощутила, как под ней движется кушетка. — Я бы очень хотела, конечно, но Анна не очень-то дружелюбная, она довольно высокомерная, наверное, из-за того, что она была такая знаменитая и все такое, но все же… Доктор!
— Вы хотите выйти из прибора? — спросил он, и она догадалась, что он разочарован, она была чувствительна к подобным вещам, и ей хотелось выбраться, но не хотелось его разочаровывать, поэтому…
— Нет-нет, я в порядке! Но ожерелье я действительно хотела бы увидеть, все эти бриллианты,
