Лучшая зарубежная научная фантастика

мужчины вроде Боба Донована… Нет.
Нет! Я лучше умру.

— А я в это не верю! — заявила Керри. — Производная сложность… Я просто не верю, что такое происходит у нас, в доме престарелых!
— Я тоже, — сказал Джейк. И улыбнулся ей — впервые с той минуты, когда она вошла в его кабинет.
С улицы донесся грохот.
Керри и Джейк тут же посмотрели на дверь. Сперва Керри подумала о террористах, бомбе в машине или о чем-то в этом роде, потому что нынче все первым делом думали о террористах. Но террористы в доме для престарелых? Нелепость. Это или газовая труба взорвалась, или автобус попал в аварию, или…
В открытом дверном проеме кабинета появился Генри Эрдман. Ходунка при нем не было, и он обессилено прислонился к косяку. Запавшие глаза стали огромными, рот открыт. Не успела Керри броситься ему на помощь, как за миг до того, как сползти на пол, он прохрипел:
— Позвоните в полицию. Мы только что сбили самолет.

Корабль пронзила боль. Это были не его мучения, а страдания Другого. Без руководства, без управления. Другой становился диким и недисциплинированным. Если такое будет продолжаться, оно может ослабить корабль настолько, что он уже не сможет помочь.

Если такое будет продолжаться, Другой сможет повредить само пространство-время.

А такого корабль допустить не мог.

Когда Генри Эрдман рухнул на пол, Дибелла быстро оказался возле старика. Керри же застыла… глупо! Как глупо!
— Приведи врача! — крикнул Джейк. —
Быстрее, Керри. Он жив.
Она выбежала из кабинета Джейка и едва не упала, наткнувшись на ходунок, оставленный Генри в коридоре. Наверное, он шел к Джейку, когда это произошло… когда произошло
что? Она побежала к вестибюлю, где имелся телефон-автомат, и мысли ее были в таком смятении, что, лишь распахнув двойные двери, она осознала, что быстрее, конечно же, было бы нажать «тревожную кнопку» Генри… Джейк ее нажмет… но Генри редко носил коробочку с «тревожной кнопкой», он…
Она резко остановилась.
Вестибюль был полон вопящих людей, в основном посетителей. Среди них лежали старики — или упавшие на пол, или без сознания в креслах-каталках. Было субботнее утром, а по утрам в субботу приезжали родственники, чтобы забрать своих матерей, дедушек и прапрабабушек на завтрак, прокатиться, в гости домой… Закутанные в свитера, куртки и шали, старики выглядели как множество свертков белья для стирки. Над ними беспомощно хлопотали местные медсестры, сиделки и даже добровольцы из приемного отделения.
Желудок Керри сжался от страха, но он же поразительно обострил ее восприятие.
Мистер Эберстайн, местный жилец, хотя ему исполнилось всего шестьдесят семь, стоял в полном здравии возле лифтов. Миссис Келли сидела в кресле-каталке, удивленно округлив рот в широкое розовое О. Ей был семьдесят один год. Мистер Шур…
— Сестра! Пожалуйста, пойдемте скорее, там доктор Эрдман! — Керри ухватила за рукав проходившую мимо медсестру в фиолетовой униформе, но та стряхнула ее руку и бросилась к лежащей на полу старушке. Здесь все были слишком заняты, чтобы помочь Керри. Она побежала обратно в кабинет Джейка.
Генри спокойно лежал на полу. Джейк перевернул его на спину и подложил под ноги подушку — ее подушку, машинально отметила Керри, ту самую в лоскутном чехле, что она принесла Джейку. Коробочки с тревожной кнопкой на Генри не было.
— Никто не может прийти, — выдохнула она, — там со всеми случилось такое…
— Все — это кто? — резко спросил Джейк.
— Со всеми, кто старше восьмидесяти, — не раздумывая, выпалила она. — С Генри…
— Дышит он нормально. Цвет лица нормальный, кожа не влажная. Думаю, шока у него нет. Он просто… отключился.
Со всеми, кто старше восьмидесяти?
— Да. Нет. Не знаю, в смысле, насчет возраста, но все пожилые упали в вестибюле, зато жильцы помоложе вроде бы в порядке… Джейк,
что это?
— Не знаю. Керри, ты сейчас вот что сделай. Зайди в любой общий зал и включи в телевизоре местный канал новостей. Послушай, не было ли… крушения самолета…
Он смолк. Они услышали вой сирен.

Генри не пришел в себя. Все машины скорой помощи из «Мемориальной