Тридцать рассказов, представленных в ежегодной коллекции Гарднера Дозуа, несомненно, порадуют поклонников научной фантастики. Вот уже более трех десятилетий эти антологии собирают лучшие образцы жанра по всему англоязычному миру, и мы в свою очередь рады предложить вниманию читателей произведения как признанных мастеров, так и новые яркие таланты.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Грин Доминик, Суэнвик Майкл, Макхью Морин Ф., Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Монетт Сара, Никс Гарт, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Грег Иган, Макдональд Йен, Рид Роберт, Шрёдер Карл, Косматка Тед, Раш Кристин Кэтрин, Финли Чарльз Коулмэн, Грегори Дэрил, Джефф Райман, Джонс Гвинет, Коул Мэри Робинетт, Камбиас Джеймс, Селлар Горд, Гарднер Джеймс Алан
обнажена, потому что на момент гибели ждала любовника. Но не видела в том смысла. Либо Коаксок отлично осведомлена об эксцентричных увлечениях сестры и нисколько бы не удивилась, либо не знала ровным счетом ничего, и я лишь напрасно бы ее задела.
— Полученной информации вполне остаточно.
— Когда вы закончите… с телом? Мне необходимо… подготовить все для похорон.
Голос Коаксок вновь надломился. Она закрыла лицо руками.
— Мы передадим вам его как можно скорее, — сказала я, когда женщина вновь посмотрела мне в глаза.
— Ясно. Когда оно будет в надлежащем виде, — отозвалась она с горечью.
Что я могла ответить?
— Благодарю за уделенное время.
Она пожала плечами и больше не говорила. Уставилась в экран компьютера невидящим взглядом. Что за воспоминания одолевали ее в эту минуту… Я предпочла не выяснять.
Едва я вышла, как запищал передатчик: пришло сообщение. Мауицо ждал снаружи.
— Хотела бы переговорить с вами, это не займет много времени, — сказала я, снимая передатчик с пояса.
Мужчина кивнул.
— Я буду у Коаксок.
В коридоре я нашла укромный угол, где прослушала сообщение. Стены украшали фрески с изображениями ацтекских божеств. Защитник Уицилопочтли с лицом, покрытым голубой краской, и с обсидиановыми ножами на поясе; Тетцкатлипока, бог войны и судьбы, стоящий на фоне горящих небоскребов и поглаживающий голову ягуара…
От них мне становилось не по себе, настигало прошлое.
Совершенно очевидно, что Коаксок держалась традиций, возможно, с излишним рвением, как сама в том признавалась.
Сообщение пришло от шестого подразделения: из участка Теколи немедленно направился в бараки «Черного Тетца». Гвардейцам на территорию мешика путь был закрыт, но наблюдатель, занявший пост на ближайшей крыше, видел, как Теколи долго и яростно говорил по телефону во дворе. После вернулся в бараки и больше не показывался.
Я связалась с шестым подразделением и велела немедленно сообщить, едва Теколи высунет нос наружу.
После вернулась в офис Коаксок, где ждал Мауицо.
Когда я вошла, они сидели рядом и тихо переговаривались. Взгляд у мужчины был очень уж самозабвенный. Интересно, кем он был для Коаксок и кем — для Папалотль.
— Ваше Сиятельство, — произнес он, завидев меня. С акцентом ему удавалось справиться проще, чем подруге.
— Есть здесь угол, где мы могли бы поговорить наедине?
— Пройдемте в мой офис. Он рядом.
Коаксок продолжала смотреть перед собой, глаза ее влажно блестели, и лицо напоминало бесцветную маску.
— Коаксок… — позвал Мауицо.
Ответа не было. В одной руке она крутила трубку, так яростно, что запросто могла ее сломать.
Офис Мауицо оказался куда теснее офиса хозяйки ресторана. Стены пестрели изображениями спортсменов, которые парили над полем в неимоверных прыжках, чтобы закинуть мяч в вертикально установленное стальное кольцо. Колени и локти их были закрыты защитой.
Мауицо не стал садиться; он оперся о стол и скрестил руки на груди.
— Что вы хотите знать?
— Вы здесь работаете?
— Время от времени. Я программист из «Паоли Тек».
— С Коаксок давно знакомы?
Мужчина пожал плечами.
— Я встретил их с Папалотль, когда они приехали сюда, двенадцать лет назад. Мой клан помог им устроиться в квартале. Они были такие юные, — вряд ли в эту минуту он отдавал себе отчет, что сам едва ли старше Коаксок. — Совсем… другие.
— В смысле?
— Как птички, в страхе летящие прочь из леса.
— Война всему причиной, — произнесла я банальное. Но где-то в глубине моей души маленькая напуганная девочка, бежавшая из Теночтитлана, прекрасно осознавала, что это никакая не банальность, но единственная возможность описать прошлое, что под запретом, в трех словах.
— Вы правы, вероятно. Я родился в Фен Лю, мне это не знакомо.
— Они потеряли обоих родителей?
— Их родители были верны старому правительству, тому, которое войну проиграло. Жрецы Тетцкатлипоки пришли к ним однажды ночью и убили обоих на глазах у Папалотль. От этого она так и не оправилась, — голос Мауицо дрогнул. — И вот теперь…
Я не стала заканчивать его фразу, вполне сознавая всю глубину его горя.
— Вы хорошо ее знали.
— Не лучше, не хуже, чем Коаксок. — Слабый блеск в его глазах не ускользнул от меня. Лжец.
— Кажется, у нее было много поклонников, — осторожно надавила я на больное.
— Она никогда не отличалась… разборчивостью. Не то, что Коаксок.
— У той не было жениха.
— У нее был жених. Итцель, благородный человек, принадлежал к правящим кругам Теночтитлана. Убив их родителей, жрецы бросили сестер в тюрьму.
