Впервые на русском языке уникальная коллекция умопомрачительных историй, изобилующих изощренным юмором и богатой фантазией известных авторов, таких как Роберт Шекли, Нил Гейман, Крэг Шоу Гарднер и других. Эта антология собрала под своей обложкой лучшие образцы юмористического фэнтези.Инопланетянин-банан, расследующий преступление, плюшевые пираты, компьютеризированные ботинки, высокоэнергетические брюки, угрожающие Вселенной, исполняющий любые желания пульт от телевизора, говорящая голова лося… Читателю остается только гадать, что это — фантазия автора или безумный мир за окном!
Авторы: Нил Гейман, Роберт Шекли, Андерсон Пол Уильям, Робертс Адам, Диксон Гордон Руперт, Гуларт Рон, Пол Ди Филиппо, Хьюз Рис, Лэнгфорд Дэвид, Баллантайн Тони, Фриснер Эстер М., Холт Том, Гарднер Крэг Шоу, Дженнингс Гэри, Пайри Стивен, Лонг Лэрд, Лой Роберт, Бродерик Дэмиен, Ричардсон Морис, Редвуд Стив, Браун Молли, Армстронг Энтони, Геренсер Том, Андерсон Гейл-Нина, Роллинс Грей, Вард Синтия, Тодд Мэрилин, Эпплтон Эверард Джек, Морресси Джон, Стоктон Фрэнк Ричард
продемонстрирован чудесный опыт, вообще нет ни тени сомнения.
Через пять минут я оказался совершенно сбит с толку. Потому что мистер Корпусти, зажмурив глаза и всем своим видом выражая сильнейшее напряжение, и правда приподнялся сантиметров на тридцать и, как огромный воздушный шар, медленно полетел по саду. Вероятно, сначала ему приходилось непросто, но казалось, по мере того как росла наша вера в него, полет дается ему все легче и легче. И никакого обмана: мы проводили тростью и вокруг Корпусти, и под ним — он совершенно не касался земли. Мы оба окончательно убедились в его возможностях, а миссис Корпусти никогда в них и не сомневалась. Законы притяжения, по-видимому, отошли в прошлое. Если вера способна поднять в воздух Корпусти, то сдвинуть с места хоть все Альпы целиком — пара пустяков.
— Чудесно! Чудесно! — восторгались мы. — А можете ли вы управлять своим полетом?
— Да, — ответил мистер Корпусти, не открывая глаз, — нужно только захотеть. Смотрите! Сейчас поверну налево.
Он повернул, врезался в ограду и отскочил от нее, как футбольный мяч. Нимало не смутившись, Корпусти повернул направо и двинулся вдоль клумбы дельфиниумов, круша их на своем пути.
— Поднимись повыше, дорогой! — крикнула миссис Корпусти с несокрушимой верой в способности своего божества. — Ты ломаешь цветы.
Она говорила так, как будто речь шла о простой просьбе не ходить по траве, а не о том, чтобы взмыть в воздух метра на полтора, не меньше.
Мистер Корпусти поднялся выше. И вдруг заорал:
— Скорее! Ловите меня! Сейчас упаду!
Мы ринулись к нему, и, слава богу, у меня хватило ума особенно не спешить, так что ловить пришлось в основном Кларенсу. А поймать Корпусти — дело не из легких.
— Ох, тяжело, — пропыхтел Корпусти, когда мы извлекли Кларенса из клумбы.
Кларенс, понятное дело, был с ним согласен.
— Вам надо еще потренироваться, — сказал я взволнованно.
— Да, только вот загвоздка: я пока вынужден закрывать глаза, чтобы сосредоточиться, и поэтому не вижу, куда лечу. А я не хочу ненароком залететь в сад к Маллинсам и выдать свой секрет раньше времени.
Мы решили проблему с помощью веревки, закрепив один конец на Корпусти, а другой на дереве, сами же уселись внизу и с пылом принялись обсуждать все случившееся, пока Корпусти, подобно привязному аэростату, то и дело взмывал в воздух, совершая небольшие тренировочные полеты. Миссис Корпусти, которая теперь воспринимала необыкновенное достижение мужа как нечто само собой разумеющееся, спокойно продолжала вязать и только иногда вставляла:
— Не задень герань, дорогой! Не залетай слишком высоко, Генри! Соседи увидят!
К обеду Корпусти научился довольно прилично летать, не закрывая глаз. Для этого, как он нам потом объяснил, необходимо сосредоточиться на самой идее полета и двигать руками, как будто плаваешь. Приземления его, однако, оставляли желать лучшего. Очень скоро сад выглядел так, как будто пара эскадрилий британских ВВС совершила здесь вынужденную посадку.
Мы с Кларенсом остались на обед и за бутылкой шампанского, откупоренного в честь великого события, учредили, пока неофициально, компанию по эксплуатации Корпусти. Кларенс выдвигал всевозможные предложения: от продажи нашего подопечного Министерству обороны до его участия в цирковом турне, но в результате пришел к выводу, что единственно разумный вид деятельности — это публичные выступления. Но прежде надо найти авторитетного свидетеля, который бы выступил гарантом достоверности.
— Да, — согласился Корпусти, — и лучше бы какого-нибудь завзятого скептика. Таких, которые верят во все подряд, нам не нужно.
И он играючи, приподнялся сантиметров на десять над сиденьем стула, но мы попросили его больше так не делать: в одиннадцать утра — ладно, но после праздничного обеда уже чересчур.
Посовещавшись, мы остановились на кандидатуре сэра Джеймса Блейкера, который был хорошо известен своим неверием в то, что нельзя потрогать, увидеть или услышать, да и почти во все, что можно. Если бы нам удалось привлечь его на нашу сторону, то убедить остальных — дело плевое.
Мы отправились к сэру Блейкеру и в конце концов уговорили его (хотя настроен он был крайне скептически) прийти через четыре дня в сад Корпусти на демонстрацию полета. В оставшееся время Корпусти должен был практиковаться, и принялся он за тренировки с таким рвением, что к третьему дню уже скользил по воздуху в манере, средней между Питером Пеном и цеппелином.
Накануне встречи мы собрались за ужином в доме Корпусти, чтобы выпить за успех «Птицелюди лимитед». На наше счастье, миссис Корпусти уехала на несколько дней — весьма кстати, потому что ужинали мы
