Впервые на русском языке уникальная коллекция умопомрачительных историй, изобилующих изощренным юмором и богатой фантазией известных авторов, таких как Роберт Шекли, Нил Гейман, Крэг Шоу Гарднер и других. Эта антология собрала под своей обложкой лучшие образцы юмористического фэнтези.Инопланетянин-банан, расследующий преступление, плюшевые пираты, компьютеризированные ботинки, высокоэнергетические брюки, угрожающие Вселенной, исполняющий любые желания пульт от телевизора, говорящая голова лося… Читателю остается только гадать, что это — фантазия автора или безумный мир за окном!
Авторы: Нил Гейман, Роберт Шекли, Андерсон Пол Уильям, Робертс Адам, Диксон Гордон Руперт, Гуларт Рон, Пол Ди Филиппо, Хьюз Рис, Лэнгфорд Дэвид, Баллантайн Тони, Фриснер Эстер М., Холт Том, Гарднер Крэг Шоу, Дженнингс Гэри, Пайри Стивен, Лонг Лэрд, Лой Роберт, Бродерик Дэмиен, Ричардсон Морис, Редвуд Стив, Браун Молли, Армстронг Энтони, Геренсер Том, Андерсон Гейл-Нина, Роллинс Грей, Вард Синтия, Тодд Мэрилин, Эпплтон Эверард Джек, Морресси Джон, Стоктон Фрэнк Ричард
мяса с грушами и апельсиновое желе на двоих, а?
— Прекрасно, Ричард, — ответила супруга, сияя от восторга, — но я не знаю, как нам приготовить здесь подобный пир. На рынке Диггвилля…
— На рынке? — презрительно переспросил Уилбрахам. — Зачем нам теперь рынки? Рынки мне не нужны. Я просто хочу, чтобы эта трапеза была организована прямо здесь и сейчас, готовая к…
— Ленч подан, сэр, — доложил высокий, величественный незнакомец, появившийся в дверях столовой.
— Ах, вот как? — сказал Уилбрахам. — А кто вы, собственно, такой, черт вас подери?
— Я главный дворецкий Корпорации Фей, состоящий у вас на службе, сэр, — вежливо ответил незнакомец, низко кланяясь миссис Уилбрахам.
Описывать эту трапезу нет нужды. Все, что перечислил хозяин в своем изысканном меню, было здесь, и счастливые супруги, у которых со вчерашнего вечера не было во рту ни крошки, воздали ей должное.
— Прежде чем ты предпримешь что-либо еще, Ричард, — сказала миссис Уилбрахам после того, как подали утку, — помнишь, сколько у тебя еще желаний из последних шести?
— Нет, не помню, — ответил Уилбрахам.
— Тогда лучше будет, если ты закажешь еще несколько, пока ты не увлекся этим восхитительным ленчем, — посоветовала осторожная женщина.
— Добрый совет, Этелинда, — обрадовался муж. — Подам-ка я заявку сразу на двенадцать дюжин. Нет смысла тратить время на пустяки, когда можно совершить земельную сделку, не пошевелив и пальцем.
— И еще… тебе не кажется, дорогой, — продолжала женщина, — что нам было бы неплохо завести несколько книг — нечто вроде Книги Учета Желаний, — чтобы в один прекрасный момент не превысить наш кредит?
— Этелинда! — воскликнул Уилбрахам с пылающим от восторга лицом. — У тебя самая деловая голова из всех, которые когда-либо украшала прическа!
Так все и началось. Приобрели кассовую книгу; в ее колонки, подобно поступлениям в обыкновенных долларах, Уилбрахам заносил свой доход в желаниях, а на противоположной стороне тщательно записывал их расход. Первая запись о двенадцати дюжинах желаний была сделана в тот вечер:
16 марта 19… вексель на предъявителя Американской Волшебной Корпорации, 144.
Вскоре за ней последовали другие; и к концу года Уилбрахам, умело пользуясь своими ресурсами, экономно расходуя прибыль от своего третьего желания, сумел заказать и исполнить более десяти тысяч желаний, и его когда-то ветхая ферма превратилась в одно из прекраснейших поместий в стране. На месте старого особняка возник дворец. Там, где когда-то амбары готовы были обрушиться под собственной тяжестью, теперь красовались полные скота хлева и великолепные маслобойни. Развалины конюшен исчезли, сменившись невиданно шикарными гаражами, где пыхтели автомобили всех моделей и мощностей, готовые отправиться в путь по дорогам Диггвилля — эти дороги по одному знаку Уилбрахама превратились в отличные шоссе. А в обитых плюшем гнездах птичников, возникших взамен прежних унылых курятников, ежедневно несли яйца тысячи кур, внося вклад в благоденствие своего хозяина Уилбрахама, яичного короля — именно так его называли отныне. Слава его гремела по всему миру, и ежедневно толпы туристов приезжали поглядеть на плодородное поместье мирового властелина поставок яиц. И, что самое лучшее, у него на счету по-прежнему оставалось четыре тысячи триста сорок семь желаний!
Главные воротилы финансового мира уже начали обращать внимание на это новое светило; постепенно обнаружилось, что их наиболее важные, тщательно выверенные махинации терпят неудачу самым неожиданным образом. Несмотря на их попытки стимулировать или притормозить торговлю, казалось, в действие вступила какая-то новая, незнакомая сила, сводящая все расчеты на нет. А когда магнатам стало известно, что всего лишь желание, выраженное вслух Уилбрахамом, заставляет ценные бумаги подскакивать к небесам или падать на самое дно, несмотря на все их усилия, то капитаны бизнеса серьезно забеспокоились.
— Завтра, — заявил Джон У. Мидас однажды вечером в клубе в разговоре с Уилбрахамом и его друзьями, — акции Международной Всеобщей Золотопромышленной упадут на тридцать семь пунктов.
— Не совсем так, полковник, — возразил Уилбрахам. — Они поднимутся на семьдесят пунктов.
— Да что вы говорите! А откуда вам это известно? — удивился Мидас.
— Так будет, потому что я этого хочу, — ответил Уилбрахам.
И назавтра Международная Золотопромышленная начала торги с 96 и 5/8, при закрытии эта цифра составила… 166 и 5/8, а те, кто смеялся над Уилбрахамом и играл на понижение, обанкротились. Полдюжины подобных случаев показали прежним властелинам Уолл-стрит, что отныне с Уилбрахамом
