Впервые на русском языке уникальная коллекция умопомрачительных историй, изобилующих изощренным юмором и богатой фантазией известных авторов, таких как Роберт Шекли, Нил Гейман, Крэг Шоу Гарднер и других. Эта антология собрала под своей обложкой лучшие образцы юмористического фэнтези.Инопланетянин-банан, расследующий преступление, плюшевые пираты, компьютеризированные ботинки, высокоэнергетические брюки, угрожающие Вселенной, исполняющий любые желания пульт от телевизора, говорящая голова лося… Читателю остается только гадать, что это — фантазия автора или безумный мир за окном!
Авторы: Нил Гейман, Роберт Шекли, Андерсон Пол Уильям, Робертс Адам, Диксон Гордон Руперт, Гуларт Рон, Пол Ди Филиппо, Хьюз Рис, Лэнгфорд Дэвид, Баллантайн Тони, Фриснер Эстер М., Холт Том, Гарднер Крэг Шоу, Дженнингс Гэри, Пайри Стивен, Лонг Лэрд, Лой Роберт, Бродерик Дэмиен, Ричардсон Морис, Редвуд Стив, Браун Молли, Армстронг Энтони, Геренсер Том, Андерсон Гейл-Нина, Роллинс Грей, Вард Синтия, Тодд Мэрилин, Эпплтон Эверард Джек, Морресси Джон, Стоктон Фрэнк Ричард
же проверьте. А мы пошли за ее отцом.
Мартин и я оказались в коридоре. Он не стал опускать меня на пол, чтобы постучать в дверь, а просто несколько раз пнул ее ногой. Мгновение спустя он спросил:
— Как думаешь, не постучать ли мне снова? А то там что-то ничего не слышно.
— Нет, мне кажется, он уже идет.
И действительно, дверь отворилась, и за ней оказался Кэл Розен. Он непонимающе заморгал:
— Что вам надо?
— Мистер Розен, — сказал Мартин, — мы нашли вашу дочь.
Розен бросился на нас и, выставив руку вперед, как таран, отшвырнул нас в сторону. Мартин, падая на спину, выпустил меня. Я грохнулся на ковер.
Мартин, выругавшись, вскочил на ноги.
— Ты в порядке, Виктор? — спросил он, видя, как Розен несется по коридору к лифтам. Полы его халата хлопали в воздухе.
— У меня ободрана кожа, и рана размером не меньше обеденной тарелки, но это не смертельно. Пошли.
Мартин поднял меня и взял под мышку. Ладонь его оказалась как раз на поврежденном участке кожи. Казалось, что мою шкурку скребут ржавой бритвой.
Мартин резко остановился в лифтовом холле и в оцепенении уставился на индикатор лифта, на котором уехал Розен.
— Да где это видано, чтобы от преследования спасались на лифте? — возмущенно произнес он.
— Здесь было видано, — сказал я ему. — Только что.
— Допустим. Что же нам теперь делать?
— Сесть на другой лифт, придурок! Если, конечно, ты не считаешь, что способен спуститься на сорок этажей быстрее лифта.
Пока мы ждали другого лифта, индикатор уехавшего показывал нам, что Розен, не останавливаясь на промежуточных этажах, прибыл на первый. Теперь Розен, если он, конечно, не задумал схитрить, выскочит на улицу и направится… неизвестно куда.
Мартин продолжал бурлить от злости и в лифте, пока мы ехали вниз. Он бил кулаком по кнопкам, пытаясь заставить лифт двигаться быстрее. Я отлично понимал, как он взбешен; меня тоже раздражало, что мы не могли предпринять никаких действий для поимки Розена. Но, кстати о раздражении…
— Мартин, ты не мог бы перехватить меня как-нибудь по-другому? Мне больно.
Он посмотрел вниз, на меня.
— Ой, прости. — Мартин переместил руку. — Виктор, у тебя идет кровь!
— Неудивительно. Я немалый кусок кожи оставил на ковре возле двери Розена.
— Я… мне казалось, что кожа у тебя такая жесткая…
— Может, теперь ты наконец поверишь, что ремни безопасности мне натирают.
Когда двери лифта открылись, Мартин выскочил в холл и направился было к парадному входу в здание, но потом резко затормозил.
— Готов поспорить на что угодно, он вышел через черный ход, — пробормотал он.
— Избитый прием. Ты, скорее всего, прав.
Мы выбежали в темный проход между домами. Вокруг царил сумрак, не нарушаемый ни одним уличным фонарем. Мартин остановился.
— Проклятие, ни черта не вижу.
Я решил, что его глаза просто не так быстро приспосабливаются к темноте, как у меня.
— Поверни направо, — сказал я.
Он двинулся медленным шагом, вытянув перед собой свободную руку.
— Держись правее, а то наткнешься на стену.
— Откуда ты знаешь?
— Я же ее вижу.
— И куда теперь мне идти?
— Так и двигайся вперед. Ты идешь как раз в нужном направлении.
— Чувствую себя всадником без головы из «Сонной Лощины», — пожаловался Мартин.
— Да, — согласился я. — Ты тоже несешь все мозги в руке. — Краем глаза я увидел едва заметное шевеление. — Вот он! — крикнул я.
— Где?
— Ты что, его не видишь?
— Ничегошеньки не вижу.
Несомненно, ни разу за всю историю не происходило задержаний настолько странных. Я подсказывал Мартину, куда идти, пока он не наткнулся, в буквальном смысле слова, на ноги Розена, который прятался за мусорным баком, до последнего момента надеясь остаться незамеченным.
За все те годы, что я провел на Земле — а мы с Мартином в каких только переделках не побывали, — меня еще ни разу не забинтовывали. Ощущение было неприятное. Я же даже одежды не ношу. Быть завернутым в какую-то ткань — совершенно чуждо.
— Мартин, когда можно будет снять эту штуку?
— Когда кровь остановится. Мари ласково мне улыбнулась:
— Может, тебе будет легче забыть о своих бинтах, если я прямо сейчас дам тебе тот кочешок салата?
Я был не в силах удержаться, рот мой начал наполняться слюной.
— Ты не забыла!
Мартин медленно повернул голову и уставился на нее.
— Ты притащила противный, заплесневелый, гнилой, склизкий, вонючий кочан салата сюда и положила его в мой холодильник?
— Естественно. Салат полагается подавать только охлажденным.
— Но от него
