Впервые на русском языке уникальная коллекция умопомрачительных историй, изобилующих изощренным юмором и богатой фантазией известных авторов, таких как Роберт Шекли, Нил Гейман, Крэг Шоу Гарднер и других. Эта антология собрала под своей обложкой лучшие образцы юмористического фэнтези.Инопланетянин-банан, расследующий преступление, плюшевые пираты, компьютеризированные ботинки, высокоэнергетические брюки, угрожающие Вселенной, исполняющий любые желания пульт от телевизора, говорящая голова лося… Читателю остается только гадать, что это — фантазия автора или безумный мир за окном!
Авторы: Нил Гейман, Роберт Шекли, Андерсон Пол Уильям, Робертс Адам, Диксон Гордон Руперт, Гуларт Рон, Пол Ди Филиппо, Хьюз Рис, Лэнгфорд Дэвид, Баллантайн Тони, Фриснер Эстер М., Холт Том, Гарднер Крэг Шоу, Дженнингс Гэри, Пайри Стивен, Лонг Лэрд, Лой Роберт, Бродерик Дэмиен, Ричардсон Морис, Редвуд Стив, Браун Молли, Армстронг Энтони, Геренсер Том, Андерсон Гейл-Нина, Роллинс Грей, Вард Синтия, Тодд Мэрилин, Эпплтон Эверард Джек, Морресси Джон, Стоктон Фрэнк Ричард
история.
— Что ж, расскажешь за обедом, — заявил Афонтий и обратился уже к Кедригерну: — Тебе тоже надо многое рассказать мне. Я так рад тебя видеть, старый мерзавец! Просто счастлив, что ты вот так вот запросто взял и нагрянул. Кстати, что привело тебя сюда?
— Ты просил меня приехать. Что-то насчет кристалла.
— Кристалла?
— Кристалла с необычными свойствами, — подсказал Кедригерн.
— Ах, этого кристалла! Напомни мне показать тебе его до того, как ты уедешь. Интересная вещица. Я собирался обратиться к знакомому колдуну и попросить его… — Афонтий замолчал, задумался на секунду, а потом сказал: — Я так и сделал. Вот почему ты тут.
— Ну да. Ты послал ко мне птичку с сообщением.
— Маленькую золотую с серебром птичку с перламутровым клювом?
— Именно ее.
— Ее зовут Неборез. Верный посланник, только птаха эта совершенно лишена чувства направления. Она наверняка покажется только через месяц или два. А где мой посох? У меня была палка, — капризно протянул Афонтий голосом склочника.
Кедригерн подобрал посох и сунул его в руку старика. Афонтий поднес палку к самому носу, критически изучил ее и со словами: «Ладно, идем» — направился к дому.
— Паренек — светлая голова, — вполголоса произнесла Принцесса, невинно улыбаясь. — И как ты там еще говорил — бодрый и энергичный?
— Прошло всего шестьдесят лет, дорогая. Даже меньше шестидесяти. Я и забыл, какой это долгий срок для людей, не являющихся колдунами.
— И для деревьев тоже. Они вырастают и становятся лесом.
— Знаю, знаю. Но мы все-таки прибыли, разве не так?
— Я просто хочу, чтобы ты держался настороже. Память твоего друга дает сбои, и тебе придется очень четко формулировать вопросы, если ты собираешься помочь ему с этим его кристаллом.
— С памятью Афонтия все в порядке. Он всегда был рассеян. Однако даже в те времена кухню он держал отменную. Мы получим чудесный обед, — сказал Кедригерн, беря жену под руку.
Он не ошибся. Еда была великолепна — и приготовлена искусно, и подана восхитительно. Три миловидные девушки из белого золота и слоновой кости, с изумрудными глазами и коралловыми губами, одетые в серебряные, покрытые светло-голубой эмалью платья с крошечными белыми цветочками, приносили из кухни блюдо за блюдом, ставили их на боковой стол и приседали перед гостями в изысканном реверансе. Три бронзовых лакея с глазами из бериллов, в ярких ливреях из черной, красной и зеленой эмали прислуживали за столом, скользя за спинами почти бесшумно, лишь механизмы внутри них едва слышно равномерно тикали.
Когда унесли последнее блюдо, Кедригерн, сыто отдуваясь, заметил:
— Прекрасный пир, Афонтий. Еда, которой можно гордиться. Мои поздравления твоему повару.
— Я позову его, так что ты сможешь лично высказать ему свое восхищение. Старик Коллиндор обожает похвалу, но в последнее время ко мне заглядывало не так уж много посетителей. — С этими словами Афонтий тряхнул маленький хрустальный колокольчик, стоявший на столе рядом с ним.
Однако ожидаемого звона не последовало. Зато в комнату на бесшумных колесиках въехало существо, напоминающее пару медных котелков, соединенных друг с другом большой пружиной. Из верхнего горшка торчало восемь изгибающихся во все стороны рук. Две из них держали венчики для взбивания, одна — ложку, еще две — вилки, и одна — полотенце. Подняв две оставшихся руки, существо сказало низким рокочущим голосом:
— Ты звал меня, хозяин?
— Да, звал. Мои гости хотят поблагодарить тебя. — Афонтий сделал жест в сторону Принцессы и Кедригерна.
— Жаркое было верхом совершенства, — объявил Кедригерн.
— А таких дивных овощей я никогда не пробовала, — добавила Принцесса.
— Хлеб — ну просто деликатес.
— И бисквиты — истинное произведение искусства, настоящий шедевр.
— Вы слишком добры, — пробасил Коллиндор, всплеснув двумя незанятыми конечностями; остальные руки попытались повторить движение. — Похвалы эти по праву принадлежат моему возлюбленному хозяину. — Афонтий отхлебнул из кубка вина и просиял, а Коллиндор продолжил: — Хотя рецепт бисквитов — мое собственное изобретение.
— Довольно, Коллиндор. Возвращайся на кухню, — велел Афонтий.
— Как прикажет хозяин, — ответило создание и беззвучно выкатилось из комнаты.
— Ты его сделал? — спросила Принцесса.
— Пришлось. Клиенты приходили в любое время, по праву ожидая пристойной еды. Коллиндор способен за час приготовить вкуснейший обед на двенадцать человек. К тому же он содержит кухню в чистоте — спорим, вы не найдете ни пятнышка.
— Какое замечательное изобретение! Афонтий нахмурился:
— И у Коллиндора
