Впервые на русском языке уникальная коллекция умопомрачительных историй, изобилующих изощренным юмором и богатой фантазией известных авторов, таких как Роберт Шекли, Нил Гейман, Крэг Шоу Гарднер и других. Эта антология собрала под своей обложкой лучшие образцы юмористического фэнтези.Инопланетянин-банан, расследующий преступление, плюшевые пираты, компьютеризированные ботинки, высокоэнергетические брюки, угрожающие Вселенной, исполняющий любые желания пульт от телевизора, говорящая голова лося… Читателю остается только гадать, что это — фантазия автора или безумный мир за окном!
Авторы: Нил Гейман, Роберт Шекли, Андерсон Пол Уильям, Робертс Адам, Диксон Гордон Руперт, Гуларт Рон, Пол Ди Филиппо, Хьюз Рис, Лэнгфорд Дэвид, Баллантайн Тони, Фриснер Эстер М., Холт Том, Гарднер Крэг Шоу, Дженнингс Гэри, Пайри Стивен, Лонг Лэрд, Лой Роберт, Бродерик Дэмиен, Ричардсон Морис, Редвуд Стив, Браун Молли, Армстронг Энтони, Геренсер Том, Андерсон Гейл-Нина, Роллинс Грей, Вард Синтия, Тодд Мэрилин, Эпплтон Эверард Джек, Морресси Джон, Стоктон Фрэнк Ричард
но такая тусклая, расплывчатая и ускользающая, что могла являть собой не что иное, как оптическую иллюзию, рожденную вследствие наблюдения через дырку, которое колдун всегда считал утомительным, потому что оно требовало напряжения зрения. Он позволил медальону скользнуть в вырез ворота и застыл, скрестив на груди руки, задумчиво разглядывая зеркала.
Наконец, откашлявшись, Кедригерн проговорил громко и четко:
— Моггроппле, ты там? Я освобожу тебя, если сумею, но я должен знать, что ты там. Покажись, Моггроппле!
Не успел он промолвить последние слова, как каждое зеркало мягко засветилось — сияние становилось все ярче, очерчивая в стеклах сверкающие силуэты. Вскоре в каждом зеркале стояло по беловолосой женщине в темно-синем платье. Она была красива и статна — печальные темные глаза, длинные изящные пальцы, тонкие, изысканные черты лица. Ведьма выглядела женщиной средних лет, ей можно было дать где-то полвека — пол ее третьего века.
— Кто из вас истинная Моггроппле? Говори! — приказал колдун.
В мгновение ока из зеркал вырвался звук, наполнив амбар пятикратным эхом одного голоса, кричащего:
— Я! Я! Не слушай их, они все фантомы, я настоящая! Они не реальны, я реальна, я единственная, я, я, слушай меня, не обращай на них внимания, они сплошной обман, я Моггроппле, я, я, я! Я, не они, я! Освободи меня! Я настоящая, а они нет, я, в этом зеркале, не в тех, только в этом! Я! Я!
Крики нахлестывали друг на друга, сливались, сплетались в визгливую какофонию. Кедригерн слышал сердитый голос, визгливый голос, вкрадчивый голос, хриплый от ярости голос, пронзительный угодливый голос — голоса одинаковые, но чем-то неуловимо отличающиеся друг от друга. Он невольно отпрянул под напором шума, но тут же ринулся вперед, стремительно набрасывая на зеркала покрывала — подняв в процессе тучу пыли, зато установив тишину.
— Что ж, мы знаем, что она там, — сказал он, отряхивая пыль с одежды и с рук. — Все, что нам нужно, — это установить, какая Моггроппле настоящая и как ее извлечь из стекла.
Принцесса и Афонтий ничего не ответили, лишь взглянули на него как на безумца, и тогда колдун добавил:
— Есть какие-нибудь предложения?
— Расколотить их молотком, — буркнул Афонтий.
— Этого я позволить не могу. Слишком опасно.
— И очень жестоко. — Принцесса одарила Афонтия испепеляющим взглядом.
— Что тут жестокого? Это быстренько бы вытащило их из зеркал, разве не так?
— Тут нет никаких гарантий. Мы имеем дело с магией, Афонтий, а магия непредсказуема. К делу надо приступать постепенно, методично — ради нас же самих.
— Поговори с ними по очереди, — посоветовала Принцесса.
— Отличная идея. — Кедригерн повернулся лицом к зеркалам, помедлил и снова взглянул на Принцессу. — Не могла бы ты, как женщина и как человек, имевший опыт обременительного заклятия, предложить, какие именно вопросы и в каком порядке стоит задавать?
— Ты же умелый колдун, Кедди, — ответила жена с почтительным жестом.
Согласившись с ее словами слабой улыбкой и кивком, Кедригерн снова обратился к зеркалу номер I. Он откинул тряпку, и на него взглянула подбоченившаяся Моггроппле.
— Ну, вытащи меня отсюда, — рявкнула она.
— Придется тебе сказать мне как, — ответил колдун. Она демонстративно вздохнула, как бы подчеркивая,
что терпение ее на исходе, и возвела глаза к небесам, презрительно буркнув:
— Колдуны! — Затем, собравшись, женщина в стекле заявила: — Это очень просто. Поставь меня так, чтобы я поутру поймала первый солнечный луч. Остальных размести пентаклем с одной пустой стороной. Вот и все.
— А остальные должны смотреть внутрь или наружу?
— Внутрь, естественно. Ты что, совсем ничего не знаешь?
— Спасибо. Я еще вернусь к тебе, — сказал Кедригерн и набросил на зеркало покрывало, прежде чем фигура внутри успела возразить.
— Звучит действительно чертовски просто, — заметил Афонтий.
— Да — если я говорил с настоящей Моггроппле. В противном случае мы только что узнали способ, как выпустить в мир отражения.
— А что в этом плохого? Много места они не займут, так ведь? Гони их всех, Кедригерн, и давай убираться из этого сарая.
— Афонтий, неужели ты не понимаешь, насколько они могут быть опасны? Они тоньше листка золота и острее волшебного меча. Одной из них достаточно встать к кому-нибудь боком, чтобы человека рассекло пополам. Окажись кто-то из таких зеркальных людей в толпе, и картина вскоре будет напоминать выкошенное поле.
После долгого тяжелого молчания Афонтий сказал:
— Что ж, ладно, значит, будь осторожен. Но разбирайся побыстрее.
Кедригерн
