Лучшее юмористическое фэнтези. Антология

красавицей.
Герцог спрятался за моей спиной. Похоже, уверенность возвратилась к нему.
— Вперед, волшебник! — громко закричал он. — Покончи с драконом! Выгони его навсегда!
— Только не волшебник! — громко произнес чей-то голос в замке. — Сначала я заперся в главной башне замка, потом вынужден был захватить твою прекрасную дочь, а теперь еще и волшебник! Как это скучно! Неужели ни у кого нет воображения?
Я подошел к огромной дубовой двери. Ткнул в нее ногой. Она легко раскрылась, я вошел внутрь и увидел дракона.
Он стоял на задних лапах и смотрел на меня. Такой же, каким его описывал герцог, но было и кое-что еще. Сине-фиолетовая чешуя, двадцать пять футов в длину, крыльями задевает потолок. В описании герцога недоставало лишь большого зеленого цилиндра на голове дракона.
Спустя секунду я увидел и ее.
Она стояла перед гигантской рептилией, чуть в стороне. Прекрасная, как и прежде.
— Вунтвор, — спросила она, — а ты что здесь делаешь? Я откашлялся и ударил посохом об истертый каменный пол.
— Я пришел, чтобы спасти тебя.
— Спасти? — Она посмотрела на дракона. Дракон что-то прорычал. — Значит, отец и до тебя добрался?
— Я предупреждал тебя! — закричал герцог за моей спиной. — Теперь дракон изжарит тебя в пепел!
Дракон добродушно фыркнул и, отвернувшись, уставился в потолок.
— Игра закончилась, герцог! — крикнул Эбенезум, стоявший в дверях, подальше от волшебного запаха дракона, который мог спровоцировать очередной приступ чиханья. — Вашим колдовским планам пришел конец!
— Да, отец, — сказала моя полуденная красавица. — Тебе не кажется, что ты зашел слишком далеко? — Она посмотрела на моего учителя. — Отцу так хотелось взять под свой контроль трансимперскую дорогу и расставить таможенные пункты по всему лесу, что он отдал своего лучшего слугу в услужение каким-то созданиям из ада, которых использовал для того, чтобы отгонять всякого, кто стоит на пути осуществления его планов.
Она повернулась и посмотрела на дракона.
— К счастью, одним из таких созданий был Хуберт.
— Предательница! — Герцог схватился за сердце. — И это моя родная дочь!
— Успокойся, отец. То, что ты делаешь, — опасно и неправильно. Из-за своей жадности ты превратишься в чудовище. Меня уже начало тревожить то, что мое будущее связано с тобой и этим замком. Но теперь я знаю. — Она радостно посмотрела на дракона. — Мы с Хубертом решили выступать на сцене.
Герцог опешил:
— Что?
— Да, мой добрый сэр, — произнес дракон Хуберт. — У меня по этой части есть кое-какой опыт, и, переговорив с вашей дочерью, я пришел к выводу, что она тот самый партнер, который мне нужен.
— Да, отец. Жизнь на сцене. Это гораздо лучше, чем сидеть в крошечном замке и ждать, когда тебя спасет какой-то неуклюжий молодой человек.
Неуклюжий? Все вокруг меня закружилось. То, что ее не нужно спасать, — одно, если принять во внимание все обстоятельства. Но называть меня неуклюжим? Я опустил посох и направился к двери.
— Погоди! — крикнула моя полуденная красавица.
Я быстро обернулся. Быть может, он обдумала свои резкие слова? Один долгий день вместе — это все-таки что-то значит!
— Ты еще не видел наше представление! — воскликнула она. — Начинай, дракон!
И она принялась танцевать на каменном полу, а дракон меж тем отбивал хвостом ритм. Они запели:

После каждой строки дракон выпускал кольца дыма, а в конце песни выдохнул немного огня. Потом они спели еще шесть строк, примерно таких же. Потом перестали петь и стали ходить взад-вперед, расшаркиваясь.
Потом заговорили одновременно.
— Эй, дракон! Хорошо, когда есть зрители.
— Еще бы, барышня! Я весь горю! Они помолчали.
— Как в замке Гэрниша красиво! Разве может быть что-то лучше такого солнечного дня, а, барышня?
— Не знаю, дракон. Лучше может быть только блистательный рыцарь!
Они снова помолчали.
— Любовь между рептилиями — дело щекотливое!
— Это почему же, дракон?
— Когда я вижу симпатичную дракониху, моей чешуе щекотно.
И они снова запели: