Впервые на русском языке уникальная коллекция умопомрачительных историй, изобилующих изощренным юмором и богатой фантазией известных авторов, таких как Роберт Шекли, Нил Гейман, Крэг Шоу Гарднер и других. Эта антология собрала под своей обложкой лучшие образцы юмористического фэнтези.Инопланетянин-банан, расследующий преступление, плюшевые пираты, компьютеризированные ботинки, высокоэнергетические брюки, угрожающие Вселенной, исполняющий любые желания пульт от телевизора, говорящая голова лося… Читателю остается только гадать, что это — фантазия автора или безумный мир за окном!
Авторы: Нил Гейман, Роберт Шекли, Андерсон Пол Уильям, Робертс Адам, Диксон Гордон Руперт, Гуларт Рон, Пол Ди Филиппо, Хьюз Рис, Лэнгфорд Дэвид, Баллантайн Тони, Фриснер Эстер М., Холт Том, Гарднер Крэг Шоу, Дженнингс Гэри, Пайри Стивен, Лонг Лэрд, Лой Роберт, Бродерик Дэмиен, Ричардсон Морис, Редвуд Стив, Браун Молли, Армстронг Энтони, Геренсер Том, Андерсон Гейл-Нина, Роллинс Грей, Вард Синтия, Тодд Мэрилин, Эпплтон Эверард Джек, Морресси Джон, Стоктон Фрэнк Ричард
шериф нашел их аккуратно сложенными в подвале. Он хорошо помнит, как целый день отчищал их от ржавчины специальной щеточкой.
Он осаживает коня и поудобней устраивается в седле, поскрипывая. Под его собственными доспехами на нем чулки и пояс с подвязками. На коже от них образуются приятные рубцы. И черные атласные трусики слишком туги. На дворе 1193 год. XIII век не за горами. Шериф надеется, что со временем его половая жизнь улучшится.
— Смотрите! Улика!
Он указывает на склянку, лежащую под копытами. Теперь в ней пусто.
Некоторые из его рыцарей крутят головами и тихонько фыркают: «Фасс-васс». Других звуков они не издают, кроме еще одного: «Шуш-ш-ш».
Шериф потирает подбородок.
— Я узнаю этот сосуд. С ним ко мне приехала Нина, царица амазонок. Но она не показывала, что там внутри, а теперь он пуст. Наверно, это было какое-нибудь спиртное. Кстати, что-то у меня тоже во рту пересохло. Тут неподалеку есть таверна. Галопом мы еще можем успеть до закрытия. А потом возобновим поиски Гая Гисборна!
— Фасс-васс… Шуш-ш-ш…
— Да, я по нему тоже соскучился. Н-но, вперед!
Робин Гуд тычет в высокую женщину пальцем. На его искаженном от злобы лице пляшут огненные отсветы. Он задевает ногой край стола и расплескивает мед из норманнского шлема. Крики, ругань.
— Думаешь, дамочка, ты покруче меня будешь? Вместо ответа она отвешивает ему сногсшибательную,
в буквальном смысле, оплеуху.
— Коротко говоря, да, — выплевывает она.
Он приподнимается на колени, отирает кровь с разбитых губ.
— У-тю-тю, какие мы грубые. Ясно-понятно! Я, может, и вчера родился, то есть даже сегодня, но больше на такие фокусы не поддамся. Давайте, дамочка, к бою!
— Никаких фокусов! — восклицает она и отвешивает ему оплеуху другой рукой. — Простое честное насилие, ничего кроме! Я давила змей в озере Каратис!
Дева Мэриан, Малютка Джон и Гай Гисборн стоят вокруг них и хлопают в ладоши все громче и громче:
— Мочи! Мочи! Мочи!
Робин Гуд снова, шатаясь, поднимается на ноги. Тут вмешивается хозяин:
— Без драк мне тут, в «Деве и островерхой шляпе»! Это приличное заведение. А ну все вон!
— Выйдем, разберемся, — рычит Робин.
Нина кивает и направляется к двери. Малютка Джон, выходя, задумчиво поглаживает бороду:
— Но как она могла родить живого Робина Гуда, если они оба умерли?
— Ничего не понимаю! — соглашается Гай Гисборн. Дева Мэриан пожимает плечами:
— Может, у нее был с собой какой-нибудь волшебный эликсир, который ее исцелил, а раз Робин находился у нее в чреве, волшебство подействовало и на него, чисто случайно. Дело, наверное, в этом.
— Ну конечно! — в унисон ахают Малютка Джон и Гай Гисборн. — Это же очевидно!
Они уже стоят перед таверной. Принц воров мерит взглядом царицу амазонок. Противники настороженно кружат друг против друга.
— Смотри! — выкрикивает вдруг Робин. — Единорог!
— Где? — оборачивается она.
И Робин, подскочив к ней, с размаху бьет сбоку по челюсти — раз, два. Она отлетает назад, с трудом удерживаясь на ногах, а он посмеивается:
— Самый бородатый фокус на свете!
Она готова испепелить его взглядом. Ее ярость беспредельна.
— Я тоже так умею! — оглушительно ревет она. Скорчив гримасу, Нина примеривается и вырывает
стрелу из своего живота. Перехватив ее, как кинжал, бросается к Робину и вонзает стрелу прямо ему в сердце. Издав короткий стон, он валится на землю.
— Робин Гуд снова умер! Я выиграла дуэль!
Дева Мэриан, Малютка Джон и Гай Гисборн, склонившись над простертым телом, бормочут себе под нос:
— Боже мой! Боже мой! Умер — и умер, и ладно. Но его же надо похоронить там, куда попадет стрела. Вот это, черт побери, парадокс! Мы должны похоронить его в нем самом! Ну, влипли!
Шериф Ноттингемский с его пятьюдесятью рыцарями достигает таверны, как раз когда солнце начинает клониться к закату. Поэтому, завидев натекшую у порога кровь, он сперва думает, что это оптический обман. Но потом замечает, что в тени кого-то хоронят.
— Проявите уважение, ребята! Шлемы долой!
По здравом размышлении, он только рад, что они не могут выполнить его команду.
Он решает, что его моральный долг — подъехать поближе и обменяться со скорбящими парой любезностей. В конце концов, здесь его вотчина, и эти люди, метафорически говоря, его дети. Обнаружив, кто они, он крайне удивлен.
— Гай Гисборн! Предатель! Ты перешел к моим врагам!
— Ничего подобного! — энергично мотает Гисборн светлой головой. — Просто кодекс рыцарской чести вынуждает меня помочь с похоронами Робина Гуда, хоть задача и невозможная.
— Разумно! —
