Впервые на русском языке уникальная коллекция умопомрачительных историй, изобилующих изощренным юмором и богатой фантазией известных авторов, таких как Роберт Шекли, Нил Гейман, Крэг Шоу Гарднер и других. Эта антология собрала под своей обложкой лучшие образцы юмористического фэнтези.Инопланетянин-банан, расследующий преступление, плюшевые пираты, компьютеризированные ботинки, высокоэнергетические брюки, угрожающие Вселенной, исполняющий любые желания пульт от телевизора, говорящая голова лося… Читателю остается только гадать, что это — фантазия автора или безумный мир за окном!
Авторы: Нил Гейман, Роберт Шекли, Андерсон Пол Уильям, Робертс Адам, Диксон Гордон Руперт, Гуларт Рон, Пол Ди Филиппо, Хьюз Рис, Лэнгфорд Дэвид, Баллантайн Тони, Фриснер Эстер М., Холт Том, Гарднер Крэг Шоу, Дженнингс Гэри, Пайри Стивен, Лонг Лэрд, Лой Роберт, Бродерик Дэмиен, Ричардсон Морис, Редвуд Стив, Браун Молли, Армстронг Энтони, Геренсер Том, Андерсон Гейл-Нина, Роллинс Грей, Вард Синтия, Тодд Мэрилин, Эпплтон Эверард Джек, Морресси Джон, Стоктон Фрэнк Ричард
Сесили вздохнула и разорвала страницу надвое. Закусив губу, она начала заново.
— Я побывал во многих галактиках, Мадлен, — просигналил инопланетянин, — но ты — уникальная форма жизни, которой нет равных.
— Нет, не надо. Пожалуйста, не надо, — умоляла Мадлен, когда пришелец попытался прижать ее к своей твердой как камень груди.
В комнату зашла мама.
— Чем занимаешься, детка?
Сесили бросила ручку и перевернула блокнот.
— Уроками.
Следующее, что увидел Алан, было кукурузное поле. Водитель проезжавшего мимо грузовика взялся его подвезти и всю дорогу задавал разные вопросы: «Ты ведь на заправке работаешь, да?», «Ты что, иностранец?» и, наконец: «Как называется эта штука?» Узнав, что «эта штука» — складной велосипед, водитель пробурчал: чего, мол, только не напридумывают, теперь и его парнишка, как пить дать, начнет клянчить такую же ерундовину.
В телефонном справочнике Данвилла Алан обнаружил несколько Уокеров. Когда наконец он нашел нужный дом, Сесили как раз справляла свой третий день рождения.
Алан заехал за угол, заглянул в инструкцию и установил программу «Быстро вперед». Он свернул машину времени, спрятал ее под кустом и пошел обратно к дому. Дом большой и зеленый — точно как в рассказе. Яблоня в саду — тоже в точку. Качели на веранде волнуются от легкого июньского ветерка. Поют птицы, стрекочут сверчки. Все точно так, как описано в «Женских секретах». Алан пошел по дорожке к двери и, перед тем как постучать, взволнованно откашлялся, откинул со лба непослушную прядь и набрал побольше воздуха — как в рассказе Сесили Уокер. Дом ожил. Алан услышал цоканье высоких каблучков по деревянному полу и шелест ситцевого платья.
— Кто там?
Алан в изумлении уставился на нее.
— Ты подстриглась!
— Что?
— Твои волосы! Раньше они были длиннее — до пояса, а сейчас только до плеч.
— Я вас знаю?
— Узнаешь, — ответил он по тексту рассказа.
С первого взгляда она должна была ощутить волнение в груди и понять, что это мужчина ее мечты. А она посмотрела на его оранжевый комбинезон и шлепнула себя по лбу.
— Вы из гаража! Ну конечно, Мак же говорил, что пришлет новенького! — Она заглянула ему за спину. — А где ваш буксир?
— Где — что?
В «Любви, победившей время» ничего не говорилось о буксире. Женщина смотрела на него в растерянности. Он на нее — в не меньшей растерянности. Алан начал сомневаться, не произошла ли ошибка. Но потом увидел ее глаза, еще больше и зеленее, чем он мог себе представить.
— Пресвятая матрица! — выдохнул он.
— Что?
— Простите. Просто встреча с вами совершенно раздеректила меня.
— Мистер, я не понимаю ни единого слова.
Гнать надо этого типа взашей. У него точно не все дома. Нужно вызвать полицию. Но что-то удерживало ее, какие-то смутные образы, неясные воспоминания. Где она могла его видеть?
— Извините, — продолжал Алан, — я не очень хорошо говорю по-американски. Я из англоговорящей Европы, вот в чем дело.
— Англоговорящей Европы? То есть из Англии, что ли?
— Не совсем. Можно войти? Я все объясню.
Она впустила его, но предупредила: во-первых, соседи немедленно прибегут с ружьями, если услышат ее крик, и, во-вторых, у нее черный пояс. По кунг-фу. Алан кивнул и пошел за ней, недоумевая, зачем ему такие подробности, и вообще, что такое «покунгфу».
Она пригласила его в гостиную и предложила сесть. Он уселся на красный, «под бархат» диван и в изумлении обнаружил такие исторические реликты, как черно-белый телевизор с антенной-рогаткой, обои в цветочек, телефон с диском набора и целые полки книг без всякого защитного покрытия. Она взяла деревянный стул с подлокотниками, отнесла его к противоположной стене и села.
— Ну, давайте, выкладывайте.
Алан понимал, что лучше было бы поговорить в ресторане, за ужином при свечах, как описано в рассказе, но тем не менее начал свою историю и поведал ее всю от начала до конца, местами дословно цитируя «Любовь, победившую время», в том числе тот отрывок, где Сесили описывает его как идеального любовника, которого она ждала всю свою жизнь.
Когда он закончил, она холодно улыбнулась.
— То есть вы проделали весь этот долгий путь из будущего только затем, чтобы проведать бедную Сесили? Как трогательно!
«Вот те и матрица, — подумал Алан. — Она надо
