Новая антология мировой научной фантастики под редакцией Гарднера Дозуа представляет лучшие образцы жанра. Впервые на русском языке! Для тех, кто готов покорять бескрайние просторы Вселенной и не боится заблудиться в закоулках виртуальной реальности, Питер Ф. Гамильтон и Вернор Виндж, М. Джон Гаррисон и Кейдж Бейкер, Стивен Бакстер и Пол Ди Филиппо, а также многие другие предлагают свои творения, завоевавшие славу по всему миру. Двадцать восемь блистательных произведений, которые не оставят равнодушными истинных ценителей — «Science Fiction».
Авторы: Паоло Бачигалупи, Гарднер Дозуа, Дэниел Абрахам, Сингх Вандана, Розенбаум Бенджамин, Биссон Терри Бэллантин, Бейкер Кейдж, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Арнасон Элинор, Флинн Майкл Фрэнсис, Моулз Дэвид, Виндж Вернор Стефан, Мэрфи Пэт, Уильямс Уолтер Йон, Гаррисон М. Джон, Келли Джеймс Патрик, Гамильтон Питер Ф., Роуи Кристофер, Харрисон Майкл Джон, Гаррисон Джон
нас подслушать. Лучше, если его будут занимать безобидные дурочки.
Джек хмыкнул:
— Ради бога, Владимир!
— Смейся, если тебе угодно, — ответил Ленин. — Я не хочу рисковать. Меня уже арестовывали…
— Меня тоже.
— Извини, — сухо произнес Ленин. — Тебя арестовали тупые американские полисмены, они тебя избили и бросили в тюрьму на пару дней, а потом выдворили из города и забыли о тебе, Джек. Тебя ненадолго задержали на военной сторожевой заставе за добычу золота без разрешения. Ты понятия не имеешь о том, что такое допрос в застенках Третьего отделения. Или, — продолжил он, — что такое жить под пристальным взором бдительной и хорошо организованной тайной полиции и барахтаться в сети их информаторов.
Он поднял стакан:
— Как там говорится в американской пословице? «У стен есть уши», да? А в Российской империи у стен есть и уши, и глаза, а еще ноги, чтобы побежать и донести людям в тяжелых сапогах о том, что ты сказал и сделал. Пока эти сапоги на тебя не наступили, можешь смеяться над осторожностью тех, кто испытал их тяжесть на своей шкуре. Но когда они раздавят тебя, будет уже не до смеха.
За соседним столом женщина с красными лентами в волосах сказала:
— Я смотрю на него и все еще не верю.
Она произнесла это на языке, который не услышишь нигде в этом мире.
Женщина рядом с ней откинула назад толстые косы, которые свисали на пышную грудь, скрытую под плотным шерстяным пончо, и ответила товарке на том же самом языке:
— Что ж, как ни крути, он был великой исторической фигурой.
— Да не Ленин! — нетерпеливо, даже несколько раздраженно заявила женщина с красными лентами. — Джек Лондон. Он великолепен. Фотографии не идут ни в какое сравнение с оригиналом.
Сидящая напротив них третья женщина, сжав мочку уха, крутила сережку, изящную морскую ракушку. Бросив взгляд на соседний стол, женщина улыбнулась и молча кивнула.
— Дай мне бутылку, — попросила та, что с красными лентами. — Кажется, я влюбилась.
— Конечно, — сказал Ленин, — для меня, возможно, все сложилось к лучшему. Сибирь не сахар, но она дала мне время подумать, систематизировать мои идеи. А потом власти решили отправить ссыльных еще дальше, в это оторванное от империи поселение на Американском континенте, что открыло передо мной некоторые… возможности.
Джек невразумительно хмыкнул и потянулся к стакану, наблюдая за тем, что происходит в другом конце комнаты. Немецкие моряки сгрудились вокруг баяниста, который пытался сыграть для них «Du, Du Liegst Mir Am Herzen».
Кое-кто из русских кидал на германцев косые взгляды, но матросы, казалось, не замечали их.
— Правильно, — пробормотал Джек. — Пойте, гуляйте, напивайтесь, ищите шлюх, проигрывайтесь до нитки в карты. Только, ради бога, не возвращайтесь этой ночью на корабль.
Женщина с красными лентами заметила:
— Он выглядит гораздо моложе. Моложе Ленина, я имею в виду.
— У них разница в возрасте всего шесть лет, — сказала женщина с косами. — Но ты права. Или скорее это Ленин выглядит старше…
— Ш-ш-ш. — Третья женщина, все еще поигрывающая сережкой-ракушкой, прижала палец к губам. — Тише. Я почти… ага. Вот. — Она опустила руки на колени и откинулась назад. — Настроила, все записывается.
— Хорошо, — кивнула женщина с красными лентами.
Она поправила волосы, как будто случайно коснувшись мочки уха. Спустя мгновение ее соседка сделала то же самое.
— Да, — кивнула обладательница красных лент, — Чисто и четко. И весь этот шум тоже, потрясающе.
Та, что с косами, заявила:
— Кстати, о шуме, что-то мы затихли. Мы же изображаем дешевых потаскушек, которые накачиваются даровой водкой. Пора смеяться.
Ленин кинул взгляд на соседний стол, за которым три женщины снова громко расхохотались.
— Кажется, они всерьез принялись за нашу бутылку, — заметил он. — Если тебе хочется еще, поторопись, пока дамочки ее не прикончили.
— Да на здоровье, — отозвался Джек. Он посмотрел на свой стакан и скорчил гримасу. — У этой треклятой водки вкус, как у конского пота. И как только русские ее пьют?
— Привычка.
— Да-а уж, тебе проще, чем мне. Душу заложил бы за глоток старого доброго Джона Ячменное Зерно.
— Можно достать и его, — пожал плечами Ленин. — Хотя, вероятно, не в таком месте, как это. Все, что произведено не в России, здесь стоит очень дорого из-за непомерных налогов
