Новая антология мировой научной фантастики под редакцией Гарднера Дозуа представляет лучшие образцы жанра. Впервые на русском языке! Для тех, кто готов покорять бескрайние просторы Вселенной и не боится заблудиться в закоулках виртуальной реальности, Питер Ф. Гамильтон и Вернор Виндж, М. Джон Гаррисон и Кейдж Бейкер, Стивен Бакстер и Пол Ди Филиппо, а также многие другие предлагают свои творения, завоевавшие славу по всему миру. Двадцать восемь блистательных произведений, которые не оставят равнодушными истинных ценителей — «Science Fiction».
Авторы: Паоло Бачигалупи, Гарднер Дозуа, Дэниел Абрахам, Сингх Вандана, Розенбаум Бенджамин, Биссон Терри Бэллантин, Бейкер Кейдж, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Арнасон Элинор, Флинн Майкл Фрэнсис, Моулз Дэвид, Виндж Вернор Стефан, Мэрфи Пэт, Уильямс Уолтер Йон, Гаррисон М. Джон, Келли Джеймс Патрик, Гамильтон Питер Ф., Роуи Кристофер, Харрисон Майкл Джон, Гаррисон Джон
были близкими и яркими. Собственная звезда Чи, Чи-ма, светилась теплым желтым светом, но соседние не уступали ей.
— Звезды здесь располагаются очень плотно, — продолжала Шон-дан, — хотя и не так плотно, как вблизи центра. В системе Чи семь звезд — а может, и восемь, мы не уверены — и орбиты чрезвычайно сложные.
— А мы хоть знаем, в какой галактике находимся? — спросила Терца.
— Нет. Мы пытались найти Цефеиды и другие вехи, по которым можно сориентироваться, но пока не обнаружили ничего определенного. Само собой, мы можем быть в любой точке Вселенной и, возможно, в миллиардах световых лет от стартовой позиции.
Мартинес услышал шаги входящего в комнату и тут же — голос лорда Па.
— Любуетесь звездами? — поинтересовался он. — Скоро вы от них устанете. Семь солнц плюс галактическое ядро — на Чи из-за них не бывает настоящей ночи, и нам пришлось вставить во все спальни рабочих поляризующие окна, чтоб люди могли отдыхать. Я просто бросил смотреть на небо: центры галактик — неуютные места, и чем меньше имеешь с ними общего, тем лучше.
— Звезд здесь много, тут вы правы, милорд. — Почтение к богатому пэру не позволяло Шон-дан открыто выразить свое несогласие, но было ясно, что ей не скоро надоест смотреть на небо.
— Я присяду, сыграю разок в чиналь, — сказал лорд Па. — Не обращайте на меня внимания.
Мартинес, разглядывая гигантское светящееся ядро, слышал краем уха, как лорд Па передвигает столик и негромко приказывает коммутатору установить игру.
— Пока нам выдавали изображение в видимом спектре, — сказала Шон-дан. — А сейчас я кое-что добавлю. Возникнет несколько условных цветов. Потом я постараюсь их закрепить.
Мартинес услышал приглушенные команды лай-онки, а потом галактическое ядро из перламутрового стало темно-янтарным. Из огромной сферы пробились мощные лучи света, переливающиеся и живые, словно колонны, тянущиеся от фундамента Вселенной к крыше небес.
Мартинес невольно вскрикнул, и ему эхом откликнулась леди Терца.
— Да! — В голосе Шон-дан снова звучало торжество. — Это лучи релятивистских частиц, генерируемых сверхмассивной черной дырой. Присмотревшись, вы можете различить в них тонкую структуру — мы этого не ожидали и хотя разработали несколько теорий этого явления, но окончательного объяснения пока не нашли.
Мартинес сдвинул свой виртуальный экран так, чтобы приблизить огненный столб энергии, и увидел, что свет в колонне пульсирует, а свивающиеся и колеблющиеся нити лучей словно плывут в гигантском потоке: гипнотизирующий мощный танец.
Шон-дан еще час показывала Мартинесу и Терце отдельные подробности ядра, в том числе четыре звезды-гиганта, несущиеся по смертельной спирали к центральной дыре.
— Черная дыра кормится, — сказала она. — Сверхмассивные черные дыры порой активно поглощают соседние звезды, а иногда этот процесс приостанавливается. Почему мы не знаем и не знаем, как происходит переход от одного состояния к другому.
— Я же говорю, гадость, — подал голос лорд Па. — Честно говоря, я предпочитаю природу в более упорядоченной и безобидной форме. Мне нравится играть по правилам. Уютное кресло, сложные проценты и гарантированный годовой доход. Предпочитаю не думать о том, что какая-нибудь мировая катастрофа может свалиться на меня с неба и лишить Вселенную привычных мне удобств.
— Черная дыра нам совершенно не угрожает, милорд, — возразила Шон-дан. — Мы далеко за пределами опасной зоны.
Мартинес быстро отключил дисплей, чтобы взглянуть на лорда Па. Тот сидел в лай-онском кресле, подпиравшем килевидную грудину, склонившись над игровым полем. Свет дисплея падал на его лицо, отражаясь от короткого клюва и зажигая красные огоньки в глазницах.
За спиной Па стоял деревянный шахматный столик, украшенный абстрактными узорами красного энжо, мерцавшими в приглушенном освещении гостиной. Под рукой у него стоял хрустальный кубок с лай-онским белковым бульоном.
«Удобства, — подумал Мартинес, — гарантированный доход. Что верно, то верно».
— Пожалуй, на сегодня хватит, — предложила Шон-дан, заметив, что Мартинес оторвался от виртуального дисплея.
— Спасибо, — отозвалась Терца. — Это было потрясающе. Надеюсь, потом можно будет еще посмотреть?
— Буду рада. — Шон-дан встала. У этой лай-онки глаза были золотистого цвета, и носила она темно-коричневую форму академии, украшенную медалями за научные достижения. Она была молода для таких отличий: по бокам головы у нее еще не вылинял юношеский коричневый пушок. — Мы проведем на Чи двадцать три дня, — добавила она, — и звезды в любую минуту к вашим услугам.
— Может быть, завтра, — сказал Мартинес,
