Новая антология мировой научной фантастики под редакцией Гарднера Дозуа представляет лучшие образцы жанра. Впервые на русском языке! Для тех, кто готов покорять бескрайние просторы Вселенной и не боится заблудиться в закоулках виртуальной реальности, Питер Ф. Гамильтон и Вернор Виндж, М. Джон Гаррисон и Кейдж Бейкер, Стивен Бакстер и Пол Ди Филиппо, а также многие другие предлагают свои творения, завоевавшие славу по всему миру. Двадцать восемь блистательных произведений, которые не оставят равнодушными истинных ценителей — «Science Fiction».
Авторы: Паоло Бачигалупи, Гарднер Дозуа, Дэниел Абрахам, Сингх Вандана, Розенбаум Бенджамин, Биссон Терри Бэллантин, Бейкер Кейдж, Нэнси Кресс, Стивен Бакстер, Арнасон Элинор, Флинн Майкл Фрэнсис, Моулз Дэвид, Виндж Вернор Стефан, Мэрфи Пэт, Уильямс Уолтер Йон, Гаррисон М. Джон, Келли Джеймс Патрик, Гамильтон Питер Ф., Роуи Кристофер, Харрисон Майкл Джон, Гаррисон Джон
планеты оказалась в критичные несколько секунд между ней и пульсаром. Такой же маневр выполняли челноки. Меньше чем через час Мартинес собирался вернуться на станцию.
При отключенной вентиляции в воздухе удушливо пахло разлагающимися полимерами. Пустые неосвещенные доки выглядели монументальными мрачными сооружениями, громадными, как само пространство. Луч фонарика Мартинеса растворялся в темноте. Вдали виднелось слабое сияние, отмечавшее место стоянки «Каенты». Причал освещался не станционной сетью, а сетью питания яхты. Мартинес осторожно поставил подошвы на стену и оттолкнулся, с удовольствием отметив, что летит точно к люку.
Две коренастые фигуры возникли в проходе, зацепившись ногами за крепления на стене и протянув руки навстречу Мартинесу. Приблизившись, он узнал в обоих торминелей. Поверх густого черного с серым меха они носили только шорты и жилеты, а их большие глаза ночных охотников, поблескивая, следили за Мартинесом. Видимо, кто-то из разведывательной команды Марселлы.
Мартинес влетел прямо к ним в руки, и они, подхватив его, без труда погасили инерцию. Мохнатые руки направили его ладони к захватам люка.
— Спасибо, — поблагодарил Мартинес и хотел ухватиться поудобнее левой рукой, но торминель крепко держал ее.
В руках второго он увидел медицинский инъектор.
Он едва успел осознать, что его тревожит, как ощутил прикосновение инъектора к горлу.
А потом торопиться стало некуда…
Молчание в рубке нарушали только его прерывистое дыхание и частые удары сердца в груди.
Северин из своей противоперегрузочной клетки следил, как «Титан» приближается к цели и из его двигателей вырываются последние мощные взрывы, направляющие танкер к аккреционному диску пульсара точно под нужным углом. Колоссальное поле тяготения пульсара должно было разорвать корабль на атомы, выбросив его груз антиводорода во вращающийся диск. Огромная масса водорода в диске аннигилирует в мощнейший выплеск гамма-излучения, быстрых нейтронов и пи-мезонов. Множество этих частиц упадет на нейтронную звезду, подкачивая ее рентгеновское излучение. Другая часть, направленная вовне, в диск аккреции, подогреет его водород до температуры плазмы, так что когда эта материя достигнет пульсара, она даст энергию для нового сверхмощного выброса рентгеновских лучей.
Но между этими двумя вспышками должно пройти около восемнадцати минут тишины. Механизм, образующий смертоносное двойное копье пульсара, будет отключен.
Если расчеты Северина верны.
— Пятнадцать секунд, — без нужды доложил Чамча. Секундомер в углу дисплея и сам отсчитывал время.
«Титан» стоял на огромном пылающем столбе аннигилированной материи. Северин превратил грузовой корабль в гигантскую торпеду, направленную прямо в смертельного врага.
— Десять секунд, — сказал Чамча.
— Да заткнись ты, — пробормотал Северин.
Слух у Чамчи был, видимо, острее, чем он полагал, потому что оператор системы слежения хранил молчание даже тогда, когда точка «Титана» на дисплее слилась с более крупным пятнышком, изображавшим пульсар и его бурый спутник.
Внимание Северина мгновенно переключилось на рентгеновский луч пульсара, окрашенный на экране в ядовито-зеленый цвет. Реакция последовала незамедлительно: луч вспыхнул яростным изумрудным светом. Если такой луч заденет Чи, он обдерет планету до самой мантии.
Северину оставалось только надеяться, что пульсар отключится, когда ему положено.
И тут его осенило: «Статуэтка!»
Вот как надо: малютка Френелла пошлет Скорлупкину статуэтку лорда Конфетки и тем наведет его на мысль о связи Конфетки с леди Модницей!
При мысли об изяществе этого сюжетного хода его охватила радостная дрожь. И, ожидая, сработает ли его план, он стал размышлять, что теперь будет делать Скорлупкин.
Густой серый туман клубился в воздухе и наполнял уши электрическим звоном. В пальцах рук и ног бегали мурашки, словно он только что оттер их пемзой. Пушистый зверек застрял где-то в горле. Он судорожно закашлялся, пытаясь вытолкнуть душивший его меховой клубок, и наконец осознал, что это не зверек, а его собственный язык. Во рту было совершенно сухо, и язык болезненно царапал нёбо.
Он закрыл рот и постарался собрать слюну. Пришлось довольно долго работать челюстью и мышцами гортани, прежде чем во рту появилось немного влаги.
Стало чуточку легче, и он попытался сообразить, где находится. Серый туман потемнел, и звон в ушах почти затих. Он ничего не чувствовал, даже движения воздуха у лица. Словно его целиком укутали в ватный
