Впервые на русском языке выходит антология, собравшая под своей обложкой лучшие произведения жанров фэнтези, мистики и магического реализма.
Авторы: Нил Гейман, Грэм Джойс, Робин Маккинли, Литтл Бентли, Кэмпбелл Дж. Рэмсей, Уильямс Конрад, Линк Келли, Маркс Кори, Шеллер Эрик, Белл Майкл Шейн, Ходж Брайан, Харди Мелисса, Ройл Николас, Новак Хельга М., Доулинг Терри, Лайблинг Майкл, Живкович Зоран, Джексон-Адамс Трейсина, Фаулер Карен Джой, Бартли Джеки, Дикинсон Питер, Робертс Адам, Филипс Роберт, Рассел Джей, Урреа Луис Альберто, Ллойд Маргарет, Галагер Стивен, Койа Кейт, Тейлор Люси, Хэнд Элизабет, Брокмейер Кевин, Маккартни Шэрон, Пауэр Сьюзан, Тумасонис Дон, Фрай Нэн, Форд Джеффри, Лейн Джоэл, Диш Томас Майкл, Чайна Мьевилль, Меллик-третий Карлтон
тоже вся в черном, — откровенно скучали.
— Противно, — сказал блондин.
— Так, — согласился Стивенсон.
— Что «так»?
— Простите? — смутился Стивенсон.
— Ты сказал: «Так», но не договорил что. Потом сказал: «Простите», но не пояснил, за что просишь прощения.
— Так, — повторил Стивенсон, догадавшись, о чем идет речь. — Я хотел сказать: «Да». «Так» означает «да». Ты понял?
— Нет, не совсем. И мое имя не Понял, а Джекуорт. — Он посмотрел на пожилого мужчину. — Ты Понял?
Старик едва заметно качнул головой, но и в одном этом жесте выразилась сильная неприязнь. Выражение лица его жены стало еще страшнее.
— Здесь нет никого с таким именем, — сказал блондин.
— Ошибся, — вздохнул Стивенсон.
— Вы забавно говорите, мистер. — Джекуорт снова выплюнул в окно комок мокроты.
Учитывая собственное состояние, Стивенсон не обратил на это внимания — во всяком случае, такого, как на запах. Хотя к этому времени Стивенсон многое повидал на американском западе, чтобы понять: с легкими у этого человека, скорее всего, все в порядке. Это всего лишь комок табачной жвачки, которой Джекуорт набил рот.
— Ну, так откуда же ты?
Стивенсон снова почувствовал этот запах. Рукой он прикрыл рот и нос, чтобы сдержать тошноту. Но это не очень помогало.
— Эдинбург, — сказал он и закашлял.
— Энбурр? — озадаченно спросил мужчина.
Стивенсон опустил руку, пытаясь не произносить «р» слишком раскатисто:
— Э-дин-бург.
Джекуорт почесал голову, вытащил из волос вошь и бегло осмотрел ее перед тем, как задавить между большим и указательным пальцами:
— Эд и нбург, — повторил он. — Это по пути в Небраску? Стивенсон снова закашлялся, на сей раз маскируя кашлем смех. Возможно, блондин и был глуп (хотя, может быть, это и не так), но он не походил на человека, который прощает насмешки. И к тому же он наблюдал за Стивенсоном весьма пристально.
— Эдинбург — это город в Шотландии. Джекуорт продолжал хмурить брови.
— Шотландия. Это такая страна. Никакой реакции.
— Это часть Великобритании, Англии… Мужчина замотал головой.
— За Атлантическим океаном. Глаза Джекуорта засветились.
— Об этом я слышал, — завопил он, хлопнув своей шляпой по колену. — Хотя и не видал никогда. Был однажды в Вичите. Большой старый город. — Он наклонился вперед, обдав Стивенсона зловонием, и прикрылся рукой, чтобы заговорщицки прошептать ему: — Я поимел там славную бабенку, крепкую, как молодая овечка. Никогда не забуду.
Потрясенный, Стивенсон тем не менее улыбнулся и кивнул, затем повернулся к окну, чтобы глотнуть немного свежего воздуха. Он надеялся, что на этом беседа окончена.
— Как насчет…
Вопрос был прерван страшным толчком. Дилижанс вдруг накренился. Спящая женщина завалилась на Стивенсона, и они оба упали в противоположную сторону. Джекуорт был расторопен — даже слишком расторопен — и первым схватился за дверную ручку, а старик и его жена скатились на пол, словно пара черных ворон. Цилиндр старика вылетел в окно. Правые колеса дилижанса поднялись над землей, и в этот момент, который Стивенсону показался очень долгим, он почувствовал, что карета вот-вот перевернется. Но с глухим стуком, сопровождаемым громким хрустом откуда-то снизу, дилижанс выровнялся. Возница извергал поток проклятий, пытаясь удержать лошадей.
Стивенсону ничего не было видно из-за лежащей на нем женщины, он слышал только ржание лошадей и надсадный треск, когда у дилижанса вырвало заднюю ось. Стивенсон сильно ударился челюстью о деревянную скамью, прикусив верхнюю губу, потому что в тот самый момент именно тем и занимался, что кусал губы. Его рот наполнился знакомым вкусом крови.
Еще один толчок, и все благополучно остановилось.
Джекуорта уже не было в дилижансе, когда Стивенсон пришел в себя. Женщина скатилась с него на стариков после того, как карета накренилась в последний раз. Стивенсон тыльной стороной ладони зажал рот, чтобы остановить кровь, и понял, что ранка не слишком глубокая. Стараясь изо всех сил, он поднялся на ноги — в тесном дилижансе он не мог выпрямиться более чем на шесть футов — и предложил помощь попутчикам. Молодая женщина, казалось, пребывала в оцепенении, но, похоже, не пострадала. Стивенсон поднял ее и отнес к скамье, где она уселась и стала тихо поглаживать свой живот. Старик, упав на колени, хлопотал над своей женой, которая сидела на полу и рыдала. Лоб мужчины пересекал длинный глубокий порез, его «траурный» костюм порвался, но женщина была травмирована намного серьезней. Ее черная юбка задралась, и Стивенсон увидел, что у нее сломана нога. Из окровавленной раны на левом бедре выпирала белая
