Впервые на русском языке выходит антология, собравшая под своей обложкой лучшие произведения жанров фэнтези, мистики и магического реализма.
Авторы: Нил Гейман, Грэм Джойс, Робин Маккинли, Литтл Бентли, Кэмпбелл Дж. Рэмсей, Уильямс Конрад, Линк Келли, Маркс Кори, Шеллер Эрик, Белл Майкл Шейн, Ходж Брайан, Харди Мелисса, Ройл Николас, Новак Хельга М., Доулинг Терри, Лайблинг Майкл, Живкович Зоран, Джексон-Адамс Трейсина, Фаулер Карен Джой, Бартли Джеки, Дикинсон Питер, Робертс Адам, Филипс Роберт, Рассел Джей, Урреа Луис Альберто, Ллойд Маргарет, Галагер Стивен, Койа Кейт, Тейлор Люси, Хэнд Элизабет, Брокмейер Кевин, Маккартни Шэрон, Пауэр Сьюзан, Тумасонис Дон, Фрай Нэн, Форд Джеффри, Лейн Джоэл, Диш Томас Майкл, Чайна Мьевилль, Меллик-третий Карлтон
— Все без толку. Я путешествую. Еду в ту страну, где климат более подходящий, по крайней мере на какое-то время. Не ожидал, что эта страна будет столь… негостеприимной.
— Эта страна может быть и жестокой.
Стивенсон снова шагнул под навес. Пул тем временем зажег черут,
и они вдвоем стали вглядываться в ночь.
— Мне говорили об этом. Но я думал, что только зимой.
— Слышали о Доннерах, да? Ну, я думаю, уже любой о них знает.
— Я не знал, пока мистер Джекуорт не рассказал мне эту историю, когда мы шли сюда. Ужасно.
— Ничего вы и теперь не знаете, мой друг. Стивенсон поднял брови:
— Вы не…
— И видел, и делал многое, — сказал Пул, стараясь не встречаться со Стивенсоном глазами. — Это жестокая страна, а жизнь еще более жестокая штука. И вы на самом деле ничего и не поймете, пока не станете частью всего этого. Некоторые люди наш образ жизни называют жестоким, но все относительно. Видели когда-нибудь, как кот играет с мышью? Лиса с цыпленком или медведь с овцой? Поедание живьем — закон природы, и только мы, люди, называя себя цивилизованными, высказываем высокомерные идеи на этот счет. Идеи о том, что мы заслуживаем лучшего, чем быть заживо съеденным. Лучшего, чем то, что предлагает нам природа.
— И мы?
Пул пожал плечами:
— Возможно, некоторые из нас. Не все.
— Но, я уверен, путь цивилизации, ее главное достоинство состоит в том, чтобы избегать жестокости. Мы должны радоваться нашей уникальной способности быть выше жестокости, превосходить природу. Даже если она часть нашей собственной личности.
— Вы так думаете? Думаете, что кто-нибудь может быть выше природы? Что это возможно?
Пул снова пристально взглянул на Стивенсона, который хотел ответить утвердительно, но не желал спорить с человеком, только что спасшим ему жизнь. И Пул сам ответил на свой вопрос:
— Спросите об этом у Доннеров.
Когда буря разразилась с новой силой, Стивенсон почувствовал приближение очередного приступа, поэтому Пул увел его внутрь, подальше от дождя. Мистер Бэлфор поднял было голову, нахмурился, но снова погрузился в сон. Он спал рядом с женой, которая так и не пришла в себя. Джекуорт и Грей продолжали храпеть на полу, а миссис Рейли, видимо, уже проснулась, так как за занавеской чувствовалось какое-то движение.
— У меня кое-что есть, что вам немного поможет, — прошептал Пул и повел Стивенсона к полкам, где стояла коллекция кувшинов и мензурок. Он встал на стул, чтобы достать с верхней полки бутылку со светлой жидкостью. — Попробуйте.
— Что это?
— Настойка опия. В основном. Попробуете? Стивенсон кивнул.
— Эффект хороший, но недолгий. Последствия такие, как если выпить баррель дешевого джина. На ночь вам хватит, — предположил Пул.
Стивенсон подумал и кивнул. Толстяк наполнил мерный стакан. Стивенсон поднял его вверх, будто хотел произнести тост.
— А вы не считаете, что это как раз противоречит природе? — спросил Стивенсон. Он явно хотел пошутить.
— Иногда вмешательства необходимы. И это поможет вам спокойно провести ночь, — повторил Пул безрадостно.
Стивенсон опрокинул стакан. Микстура оказалась настолько сильной, что Пулу пришлось помочь ему дойти до импровизированной постели.
Нормально дыша, Стивенсон уснул уже через пару секунд.
Проснулся он от такого знакомого запаха крови.
Стивенсон так привык, что ночью ему приходилось плеваться кровью, что и не задумался о том, откуда она взялась. Благодаря опию теперь можно было размышлять о чем угодно, не только о боли. Дождь закончился, и утренний солнечный свет стал пробуравливать ему веки, словно вязальные спицы. Стивенсон постарался поднять голову, но не смог этого сделать и решил еще немного полежать, наслаждаясь спокойным дыханием. Легкие совсем не болели. Высохшая грязь комьями лежала на шкурах и на полу под ним. Когда он поднял руки, чтобы протереть сонные глаза, оказалось, что и они все в грязи.
Запах крови был очень сильным.
Стивенсон постарался принять полулежачее положение и посмотрел вниз на свою рубашку. Он увидел, что она грязная, но крови на ней не видно. Дотронулся пальцами до губ — на них также не было никаких следов крови. Запах, однако, продолжал его одолевать.
Стивенсон оглянулся назад и увидел согнутую спину спящего Пула, его слегка поднимающиеся и опускающиеся округлые плечи. Осмотрев комнату, он смог различить ноги Грея и Джекуорта за прилавком. Видимо, за ночь они так ни разу и не проснулись. Бэлфор тоже молчал. Пошатываясь, Стивенсон встал на ноги и украдкой взглянул на занавешенный угол миссис Рейли.
Кусок материи лежал на полу,
