Лучшее за год. Мистика, магический реализм, фэнтези

с подлокотника золотого трона. Тщетно пытаясь сыграть на ее кровных чувствах, я напомнил ей о ее младшем брате, которого никто не видел уже несколько дней. Она небрежно бросила, что его перепродали в Занзибар (где, как я знаю, существует рынок рабов), чтобы он в конечном итоге исчез в одном из гаремов Аравийского полуострова. «Никогда не любила этого маленького зануду», — было ее замечание, так что глупо надеяться на какое-либо сочувствие с ее стороны. За мной очень тщательно следят. Может, они знают? Если я уберусь отсюда живым, это будет невероятная сенсация. Ожидая подходящего случая, я сейчас заняться ничем не могу, но попытаюсь хотя бы переправить эти тайком сделанные записки французскому вице-консулу в городе, где мы купили мулов. Он хороший человек, хотя и выпивает сверх меры…»
Остаются еще 52 открытки (см. фотокопии), которые хотя и представляют значительный интерес, но не имеют записей от руки, и поэтому не описаны здесь, за единственным исключением:
Открытка: не по порядку, то есть не пронумерована нами.
Описание: Фотографическая почтовая открытка наружной стены каменного здания. Его колоссальные размеры становятся очевидны, когда понимаешь, что маленькие точки и пятнышки на цоколе непонятного классического сооружения — это люди: по одному, группами, последние по большей части под навесами, установленными на ступенях. Внимание привлекает великолепный барельеф, покрывающий большую часть стены и изображающий, как может показаться, какие-то мифологические сцены, иконографическое значение которых непонятно. По характеру это гармоническое сочетание нескольких древних традиций: видны намеки на древнегреческий, индо-греческий стиль и даже следы стилей Юго-Восточной Азии. Цветовые контрасты указывают на то, что камень ярко выкрашен.
Сам барельеф: По-видимому, идет суд. На заднем плане серьезные бородатые мужчины в дорогих одеяниях, все в одинаковых позах, каждый — копия другого. И каждый держит квадратный предмет в форме ручного зеркала, разделенного на черное и белое поля. Они безучастно смотрят на человека, который привязан к доске, тогда как сказочное животное, получеловек-полунасекомое, с преобладающими признаками сколопендры, набросилось на него, как орел на Прометея, даже хуже. Справа, sop-trapposto,

стоит молодая священнослужительница или богиня, нагая, с цепочкой из бусин или скорлупы вокруг пояса, одной рукой она обнимает мерзкое существо. Чудовищная сороконожка, ростом примерно с нее, крепко прижимается к ней. Одной рукой девушка указывает на мужчину, подвергаемого мучениям. Выражение ее лица имеет сходство с некоторыми известными кхмерскими королевскими изваяниями. Она слегка улыбается, словно пребывает в экстазе.

Николас Ройл живет с женой и двумя детьми в западной части Лондона, в Шепердс Буш.
Вот его слова: «Игра в прятки» повествует о родительских волнениях и предрассудках, с которыми я очень хорошо знаком. Лучшее произведение из всех, что я знаю, о страхах, связанных с благополучием детей, написал Алекс Хамилтон. Рассказ «Няньки» был опубликован в 1996 году в авторском сборнике «Злобный луч». Отыщите эту книгу, не пожалеете».
Рассказ «Игра в прятки» вышел в сборнике «Dark Terrors-6» под редакцией Стивена Джонса и Дэвида Саттона.

Это был способ провести время и развлечь малышей. Малыши. Когда я сам был маленьким, мне не нравилось это слово. Мне не нравилось, что меня называют «малышом». Когда у меня самого появились малыши, то я всегда говорил о них как о «детях», ни разу не сказал «малыши». Если уж быть совсем точным, я фанатично следовал этому правилу после рождения первенца, пока не родился второй. Второй и последний, должен добавить. Ничто так не высасывает из тебя энергию, как забота о малышах. Не поймите меня превратно: я бы ни за что не хотел ничего менять. Никогда бы не вернулся в прошлое, где у меня