Впервые на русском языке выходит антология, собравшая под своей обложкой лучшие произведения жанров фэнтези, мистики и магического реализма.
Авторы: Нил Гейман, Грэм Джойс, Робин Маккинли, Литтл Бентли, Кэмпбелл Дж. Рэмсей, Уильямс Конрад, Линк Келли, Маркс Кори, Шеллер Эрик, Белл Майкл Шейн, Ходж Брайан, Харди Мелисса, Ройл Николас, Новак Хельга М., Доулинг Терри, Лайблинг Майкл, Живкович Зоран, Джексон-Адамс Трейсина, Фаулер Карен Джой, Бартли Джеки, Дикинсон Питер, Робертс Адам, Филипс Роберт, Рассел Джей, Урреа Луис Альберто, Ллойд Маргарет, Галагер Стивен, Койа Кейт, Тейлор Люси, Хэнд Элизабет, Брокмейер Кевин, Маккартни Шэрон, Пауэр Сьюзан, Тумасонис Дон, Фрай Нэн, Форд Джеффри, Лейн Джоэл, Диш Томас Майкл, Чайна Мьевилль, Меллик-третий Карлтон
Ты помнишь лишь, насколько острой она была. А в результате у тебя остается это…
Я провела ладонью по своей руке, перевернулась на другой бок и села.
— Вот, что я сделала сегодня ночью. — Я разогнула ногу и поддернула штанину шорт, чтобы показать новую татуировку. — Видишь?
Кристофер сел, провел растопыренной пятерней по своим черным волосам, а потом нагнулся, чтобы рассмотреть наколку. Волосы у него упали на лоб; одну руку он положил на мое бедро, другую на свое колено. Я видела широкую спину, оливковую кожу, бледный тонкий полумесяц у самого основания шеи: шрам.
На спине были и другие, неровные зарубцевавшиеся шрамы, порой достаточно глубокие, чтобы можно было засунуть в них кончик пальца. Следы от шрапнели или осколков стекла, разбросанных в стороны силой взрыва. Его длинные волосы легко касались моей ноги, ниспадая подобием темного водопада.
Я судорожно сглотнула, переводя взгляд со спины Кристофера на татуировку на моем бедре, на малую часть оной, которую я могла рассмотреть между его рук, темных прядей волос и обтрепанных краев своих шорт. Высокий мужчина, наклоняющийся вперед так, что длинные волосы заслоняют все лицо. Водопад. Занавес. Кристофер вскинул голову и посмотрел на меня.
Занавес отдернут.
— Черт, — прошептала я. — Черт, черт…
Я резко отпрянула от него и вскочила с кушетки.
— Что такое? В чем дело? — Он растерянно озирался по сторонам, словно ожидая увидеть в комнате еще кого-то. — Айви…
Он поймал мою руку, но я вырвалась, схватила с кушетки футболку и быстро натянула на себя.
— Айви! Что случилось? — почти выкрикнул он, с нотками отчаяния в голосе.
Я потрясла головой и указала пальцем на наколку на своем бедре.
— Вот…
Он посмотрел на татуировку, потом на меня, непонимающим взглядом.
— Видишь рисунок? Я увидела его только вчера. На карте. На одной карте Таро из одной колоды. Которую купила на распродаже…
Я повернулась и бросилась в свой кабинет. Кристофер последовал за мной.
— Вот, — Я подскочила к своему рабочему столу и сорвала с него голубую клеенку. На нем ничего не было. — Но я же положила ее сюда…
Я круто развернулась и подошла к световому столу. На нем по-прежнему лежали листки тряпичной бумаги, карандаши, пузырьки с тушью и растворителями, оставленные мной. С дюжину неудачных копий карты валялось на столе и на полу рядом. Я принялась хватать листки, один за другим, и встряхивать, словно конверты, из которых что-то могло выпасть. Потом подняла все рисунки с пола, вывалила на пол содержимое мусорной корзины и перебрала обрывки бумаги и пустые колпачки из-под краски. Ничего.
Карта исчезла.
— Айви?
Не обращая внимания на Кристофера, я бросилась обратно в гостиную.
— Вот! — Я выхватила из сумки цветастый сверток. — Вот такая карта, одна из этих…
Я торопливо распутала шарф. Колода была на месте. Я бросила шарф на пол и развернула карты веером, рубашками вверх: разноцветная дуга, затейливый узор из шестеренок. Потом резко крутанула кистью, показывая лицевую сторону.
— Они пустые, — сказал Кристофер.
— Верно. Они все пустые. Только на одной был… вчера ночью…
Я показала на татуировку.
— Такой рисунок. На одной из карт был такой рисунок. Я пыталась скопировать его. Карта лежала в моем кабинете, на чертежном столе. В конце концов я просто перевела рисунок один к одному, для трафарета.
— И теперь ты не можешь найти карту.
— Да. Она исчезла. — Я медленно, шумно выдохнула. Меня немного мутило, но на сей раз я испытывала не приступ паники, а нечто вроде приступа морской болезни; при желании я могла справиться с тошнотой. — Она… я не найду ее. Она просто исчезла.
Из глаз у меня потекли слезы. Кристофер стоял рядом, с потемневшим от тревоги лицом. Минуту спустя он спросил: «Можно?» — и протянул руку. Я кивнула и отдала ему колоду. Хмурясь, он быстро перебрал несколько карт.
— Они все такие?
— Кроме двух. Там еще одна… — Я махнула рукой в сторону сумки. — Я положила ее отдельно. Я купила колоду вчера, на распродаже в церкви Святого Бруно. Они…
Я осеклась. Кристофер все еще рассматривал карты, развернув к свету, словно в надежде обнаружить некий скрытый рисунок.
— Ты ведь читал Уолтера Вердена Фокса, верно? Он взглянул на меня.
— Конечно. «Пять окон, одна дверь»? Ты сама дала мне книги, помнишь? В первое лето, когда я жил у вас в доме на заливе. Они мне понравились. — Голос у него смягчился; он улыбнулся доброй печальной улыбкой и вскинул руку с картами вверх, жестом победителя соревнований. — Знаешь, это действительно изменило мою жизнь. Встреча с тобой, книги Фокса. Именно тогда я решил стать археологом.
