Лучшее за год. Мистика, магический реализм, фэнтези

в лодку и разрывает оператора в клочья. Соул уже представляет из себя две аккуратные половинки: одна упала, а другая продолжает стоять, балансируя рукой и ногой.
Раздаются звуки пожираемого мяса. Половинка Соула успевает отрубить голову режиссеру, и полтора человека падают в воду.
Шейди стоит в лодке одна. У нее совершенно потерянное лицо. Она замечает акулу, жрущую и трахающую трупы. Раздается крик: Шейди нашла еще шевелящуюся половину Соула. По очереди она выкидывает тела из лодки. Акула прыгает за ними.
Пытаюсь докричаться до Шейди, но она не слышит меня, она просто в шоке. Виксен, сжав меня ногами, не пускает к лодке. Шейди заводит мотор и дает полный вперед. Акула устремляется за ней.
Я снова один в океане. Наедине с омерзительным чудовищем, бывшим когда-то Виксен.
Она все еще держит меня в объятиях. Я смотрю внутрь ее головы, поскольку лицо отсутствует. Она тянется ко мне, чтобы поцеловать, но мои губы встречаются с внутренней стороной ее затылка. Я закрываю глаза…

Я смотрю на яркое солнце. Я на пляже. Рядом плещется вода.
Приподнимаюсь и сажусь на песке.
На мне белый смокинг. В голове пусто, там как будто гуляет ветер.
Холмистый остров покрыт буйной растительностью. Я иду по пляжу, а солнце неотступно следует за мной по небу. Будто следит за мной, как камера. Будто я в телешоу участвую.
Пройдя некоторое расстояние, я натыкаюсь на двухместный столик под белым тентом. На столике ваза с полевыми цветами.
Я сажусь за столик, стряхиваю песок с рук и костюма.
— Чего-нибудь желаете, господин? — слышу я скрипучий голос.
Я поворачиваю голову и вижу человечка ростом три с половиной фута, в таком же, как у меня, смокинге и с книжечкой в руках.
— Простите? — мне трудно сообразить сразу.
— Будете делать заказ, господин?
— Да. Ростбиф, пожалуйста.
— Желаете чего-нибудь выпить?
— Просто воды.
— Хорошо, — говорит он, царапая что-то в блокнотике. — Вы один? Или ждете кого-нибудь?
— Я не знаю.
Вдруг я замечаю быстро шагающую по пляжу женщину. Она видит меня и машет рукой. Я ее что-то не узнаю, зато, кажется, она меня узнала. Она абсолютно голая, но на ее теле вытатуировано белое платье, а на лысой голове шляпка набекрень.
Она садится напротив меня и широко улыбается.
— Привет, Чарли! Какой чудесный день!
— Да уж, — отвечаю я. — И правда чудесный.
Она опускает глаза на мои руки, и вдруг ее улыбка сменяется гневом.
— Боже мой, твое кольцо погнуто!
Она тянет меня за руку и выпрямляет мое обручальное кольцо. На ее руке я вижу такое же, только вытатуированное.
Когда она решает, что теперь кольца совершенно одинаковые, она поднимает глаза и ее лицо снова озаряется ослепительной улыбкой.
— Ваша вода, — говорит карлик и ставит стакан на стол. Потом засовывает большой палец в рот, надкусывает его и наполняет стакан хлынувшей водой.
— А для вас, мадам?
Со вздохом беру стакан и осматриваю пляж в надежде найти еще одну такую же счастливую пару. Женщина без лица хоронит половину черного мужчины, и прилив все наступает и наступает на берег, не спросив разрешения у луны.

Брайан Ходж — автор восьми романов, а также примерно восьмидесяти рассказов и новелл, многие из которых он после долгих уговоров включил в три сборника: «Фабрика конвульсий», «Падающие идолы» и «Ложь и уродство». Писатель обрел уединенное убежище на ранчо в Колорадо, где время от времени запирается от всех в студии, среди нагромождения клавишных, синтезаторов и другой производящей шум техники, и работает над вторым своим детищем — альбомом, который он окрестил «Axis Mundi» («Земная ось»).
«Осиное гнездо», пожалуй, самое необычное произведение данной антологии. Написанное в жанре «хоррор», оно в то же время обладает совершенно не присущими этому виду литературы особенностями, позволяющими считать его одним из самых интригующих рассказов года. Впервые опубликован в сборнике Ходжа «Ложь и уродство».