Впервые на русском языке выходит антология, собравшая под своей обложкой лучшие произведения жанров фэнтези, мистики и магического реализма.
Авторы: Нил Гейман, Грэм Джойс, Робин Маккинли, Литтл Бентли, Кэмпбелл Дж. Рэмсей, Уильямс Конрад, Линк Келли, Маркс Кори, Шеллер Эрик, Белл Майкл Шейн, Ходж Брайан, Харди Мелисса, Ройл Николас, Новак Хельга М., Доулинг Терри, Лайблинг Майкл, Живкович Зоран, Джексон-Адамс Трейсина, Фаулер Карен Джой, Бартли Джеки, Дикинсон Питер, Робертс Адам, Филипс Роберт, Рассел Джей, Урреа Луис Альберто, Ллойд Маргарет, Галагер Стивен, Койа Кейт, Тейлор Люси, Хэнд Элизабет, Брокмейер Кевин, Маккартни Шэрон, Пауэр Сьюзан, Тумасонис Дон, Фрай Нэн, Форд Джеффри, Лейн Джоэл, Диш Томас Майкл, Чайна Мьевилль, Меллик-третий Карлтон
прямо из эфира. Ей не нужна была радиоприемная аппаратура. Такой аппаратурой каким-то образом оказывалась она сама.
Но у нее хватило ума никому об этом не рассказывать.
А еще что-то происходило с ее телом. Груди слегка округлились, соски стали нежными и чувствительными. Половые губы тоже набухли, и глубоко внутри что-то зудело, сочилось. Онанизм стал для нее насущной потребностью. Пока Бити не сломала пластинку, Касси часто, лежа на кровати под простыней, ласкала клитор и тискала соски под дразнящие звуки «Серенады лунного света». А на улице можно было убедиться, что все это еще и имеет отклик. Она могла убедиться, какое впечатление производит на мужчин. Солдаты, моряки и летчики в увольнении жаждали ее — это видно было по тому, как они пожирали ее глазами. К тому же она умела заставить их оглядываться на нее — и не в переносном смысле, а в буквальном: ей всего лишь нужно было упереть взгляд в чей-нибудь затылок, например, в автобусе или в очереди на отоваривание карточки, и в ту же секунду объект вынужден был обернуться и взглянуть на нее. Действовало безотказно. Она знала, что притягивает к себе какие-то силы. Что это были за силы, она понятия не имела, но силы были необычные. Она применила их тогда к продавцу пластинок, незаметно для него. Да, впрочем, они никогда этого не замечали. С ними штука легко проходила — с мужчинами.
Но это было еще не все. Больше всего ее взвинчивал сам факт того, что она знает о грядущей атаке. Вселял в нее ужас и взвинчивал.
Вечером 12 ноября она пошла с Бити на танцы. Марту уже давно перестало беспокоить времяпрепровождение девочек. Хотя Касси было всего шестнадцать, она вполне могла сойти за двадцатилетнюю, и Марта больше не пыталась удерживать ее дома. Хотя к старшим дочерям она была строже, к Касси она проявляла больше снисхождения — может быть, из-за притаившейся повсюду смерти. Она рано поняла: запрещай — не запрещай, Касси все равно поступит по-своему. Все-таки ей удалось вытянуть из обеих обещание, что в случае налета они пойдут в убежище, как положено, а не побегут домой.
Они шли в город. Касси была взбудоражена. Луна набирала полноту, напоминая серебристую осеннюю тыкву, и, хотя ночь была довольно морозной и ясной, лучи прожекторов метались по звездному небу, касались трех городских шпилей, прорезывали ночь. Бити пыталась успокоить сестру.
Оказалось, что можно было и не стараться. Как только они вошли в танцзал и Касси услышала оркестр, она устремилась прочь от Бити. Когда Бити ее нашла, та уже отплясывала джайв с каким-то летчиком — его влажные волосы были зачесаны назад, глаза сверкали страстью.
— Не слишком-то поспешай себя подарить, — едва успела шепнуть Бити, но Касси уже закружилась в танце, размахивая руками.
Плясунья.
Не прошло и часа, как Касси уже стояла в тени собора на Бейли-Лейн, прислонившись спиной к холодной сырой средневековой стене, задрав юбку. Из-за затемнения фонари на улице не горели.
— Ух, да тебе не терпится, — сказал летчик. Она возилась с его ремнем.
— Может быть, мы никогда больше не увидимся. — Касси вцепилась в ворсистый воротник его кожаной летной куртки. — Ты только представь себе. Значит, мы можем упустить случай перепихнуться.
«И я так и останусь целкой», — подумала она.
— Слушай, ты прямо как парень рассуждаешь.
— А что, плохо?
— Да нет, нет… просто… м-м-м, здорово пахнет от тебя.
— Хватит болтать. Давай.
Где-то очень близко завыла сирена. Летчик выругался.
— Не обращай внимания, — сказала Касси. — Это еще не оно.
— Что?
Может быть, завтра ночью. Или послезавтра. Но не сегодня.
— Слушай, тебе надо в Блечли работать, раз ты все это знаешь. Ну, в разведке. Извини, я мало на что способен под эту сирену. Сколько тебе годиков-то?
Касси запустила руку летчику в штаны и поглаживала головку его члена ногтем большого пальца. Он вздрогнул и снова отдался ее объятиям.
— На что мало способен? — крикнула Касси. Чтобы перекричать сирену, ей пришлось орать.
Кто-то пробежал мимо них, направляясь в убежище. Тут она лизнула его в ухо.
— Господи!
Касси подняла глаза, увидела шпиль собора и перекрещивающиеся лучи прожекторов, прочесывающие небо. Она знала, что летчику хочется удрать в ближайшее бомбоубежище, но член его набухал в ее руке, и парню было не оторваться.
— Давай, — сказала она.
Он спустил брюки и перекинул ее ногу себе через руку. Пришлось стащить с нее трусы и зайти сбоку — он вошел в нее, почти приподняв ее с земли. Они стояли, сцепившись взглядами, в этом древнем месте, под шпилем, вонзившимся в небо, под скрещенными лучами прожекторов, под тоскливое, дьявольское завывание сирен. Парень отвалился:
