Прославленные мастера жанра, такие как Майкл Суэнвик, Брюс Стерлинг, Джо Холдеман, Джин Вулф, Гарри Тертлдав и многие другие, приглашают читателей в увлекательные путешествия по далекому будущему и альтернативному прошлому. Тайны инопланетных миров и величайшие достижения научной мысли представлены на страницах знаменитого ежегодного сборника, обладателя многочисленных престижных наград. Только самое новое и лучшее достойно оказаться под обложкой «The Year’s Best Science Fiction», признанного бренда в мире фантастики!
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Тертлдав Гарри Норман, Лейк Джей, Питер Уоттс, Бакстер Стивен М., Грин Доминик, Макинтайр Вонда Н., Суэнвик Майкл, Райяниеми Ханну, Бир Элизабет, Холдеман II Джек Кэрролл, Стерлинг Брюс, Розенблюм Мэри, Макдональд Йен, Рид Роберт, Моулз Дэвид, Эшер Нил, Бекетт Крис, Келли Джеймс Патрик, Грегори Дэрил, Мерфи Дэррил, Попкес Стивен, Сандерс Уильям, Джонс Гвинет, Вильямс Лиз, Маклеод Кен, Джерролд Дэвид, Джин Родман Вульф, Робертсон Крис, Нестволд Рут
голову, а маленький паучок-автоврач засуетился на бледно-голубых простынях, исследуя в первую очередь полузатянувшуюся рану и только потом — общее состояние тела. Апартаменты тихо произнесли:
— Я никогда не видел ее такой.
Памир и сам за всю свою долгую жизнь редко встречал так глубоко погруженную в депрессию, настолько несчастную особу. Розелла лежала неподвижно, бледная и застывшая, и хотя глаза ее оставались открытыми, их заполняла бездонная слепота. Она ничего не видела, ничего не слышала. Как будто женщину сбросили с вершины Откола, и она падала, падала, ударяясь о стены, падала, бичуемая ветрами, истязающими душу, которая уже не чувствовала оскорблений.
— Я озабочен, — признались апартаменты.
— Резонно, — откликнулся Памир.
— Это, должно быть, ужасно, потерять всех, кто любил тебя.
— Но кое-кто все еще любит ее, — возразил мужчина и умолк, снова обдумывая все случившееся. — Скажи, — заговорил он, — какова характерная черта твоей расы?
— Это важно?
— Возможно, нет.
ИИ коротко описал свое происхождение.
— А твой порядковый номер?
— Не понимаю, какое это имеет значение.
— Ладно, забудь. — Человек отошел от неподвижной пациентки. — Я уже узнал достаточно.
Памир перекусил и выпил немного чужеземного нектара, после которого почувствовал себя слегка опьяневшим. Когда в голове прояснилось, он вздремнул, проспав минуту или час, после чего вернулся в спальню, к гигантской кровати. Розелла лежала там, где он ее оставил, только теперь веки женщины были опущены, а руки сложены на груди, поднимающейся, опадающей и снова поднимающейся в медленном мерном ритме, — трудно было оторвать взгляд от этой картины.
— Спасибо.
Голос как будто никому не принадлежал. Рот лежащей был приоткрыт, но услышать такие уверенные, спокойные, лишенные всякой грусти звуки мужчина никак не ожидал. Однако вежливый, очень приятный голос продолжил:
— Спасибо. Спасибо за все, сэр. Сомкнутые веки не дрогнули.
Женщина услышала приближение Памира или ощутила его присутствие.
Он присел возле Розеллы на край постели и после долгой паузы сказал:
— Знаешь, ты имеешь право считать меня — кем бы я ни был — главным подозреваемым. Я мог убить всех мужей. И я определенно положил конец твоим отношениям с Кре’лланом.
— Это не ты.
— Потому что ты подозреваешь другого. Верно? Она ничего не ответила.
— Кто, по-твоему, в ответе за все? — поднажал Памир. Наконец глаза женщины медленно распахнулись и, дважды моргнув, наполнились слезами, которые, впрочем, так и не потекли по бледным щекам.
— Мой отец, — уронила она.
— Он убил твоих мужей?
— Очевидно.
— Вас с ним разделяют световые годы. Молчание.
Памир кивнул и спустя секунду спросил:
— Что ты знаешь о своем отце?
— Довольно много.
— Но ты никогда не видела его, — напомнил мужчина.
— Я изучала его. — Она покачала головой и снова закрыла глаза. — Я проштудировала его биографию и, полагаю, неплохо узнала его.
— Его здесь нет, Розелла.
— Нет?
— Он эмигрировал еще до твоего рождения.
— Да, так говорила моя мама.
— Что еще? — Памир наклонился к женщине. — Что она рассказала тебе об этом мужчине?..
— Что он силен и самоуверен. Что он всегда знает, что правильно и как лучше. И что он очень любит меня, но остаться со мной не мог. — Розелла прикусила губу. — Он не мог остаться здесь, но у него есть агенты, он обладает возможностями, и я никогда не буду без него. Мама обещала.
Памир снова кивнул.
— Мой отец не одобряет Веры.
— Охотно верю.
— Мама призналась, раз или два… что очень любила его, но что он плохо относится к чужакам. И умеет быть жестокосердным и способен на любые, даже самые страшные поступки, если видит необходимость…
— Нет, — прошептал Памир. Светло-голубые глаза открылись.
— Что ты имеешь в виду?
— Твой отец ничего этого не делал, — заверил он женщину, задумался и закончил: — Ну, возможно, только частично.
— Что?..
Памир осторожно прижал пальцы к ее рту, а когда стал отводить руку, женщина стиснула его запястье и снова притянула ладонь мужчины к раздвинувшимся губам, наградив Памира легким стремительным укусом.
Так поступают джей’джелы.
Он нагнулся и поцеловал распахнутые глаза.
— Ты не должен, — выдохнула Розелла.
— Наверное, нет.
— Если убийца знает, что ты со мной…
Памир вложил два пальца глубоко в теплый рот — по джей’джельскому обычаю. И женщина принялась сосать их, не пытаясь больше заговорить, лишь глаза Розеллы улыбнулись, когда Памир спокойно
