Новая антология, собравшая под одной обложкой лучшие научно-фантастические произведения, опубликованные за год! Впервые на русском языке! Всемирно известный составитель Гарднер Дозуа представляет работы таких знаменитых авторов, как Грег Иган, Джон Барнс, Майкл Суэнвик, Пол Макоули, Стивен Бакстер и многих других.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Бакстер Стивен М., Суэнвик Майкл, Розенбаум Бенджамин, Бир Элизабет, Монетт Сара, Бейкер Кейдж, Бенфорд Грегори, Грег Иган, Розенблюм Мэри, Макдональд Йен, Левин Дэвид, Рид Роберт, Доктороу Кори, Стэнчфилд Джастин, Уильямс Уолтер Йон, Грегори Дэрил, Уилсон Роберт Чарльз, Маклеод Кен, Эликс Делламоника, Макаллистер Брюс, Скиллингстед Джек, Ван Экхаут Грег, Гилмэн Кэролин Ив, Барнс Джон Аллен, Нестволд Рут
самого большого в Солнечной системе каньона, а потом посмотреть ввысь со дна того же каньона.
Все мы старались по возможности носить синее, в память о том, кто не смог быть вместе с нами.
Дни инкарнации были хороши не только тем, что мы видели различные пейзажи, но и тем, что прибывали все уже прошедшие инкарнацию члены отряда; для таких мероприятий они брали тела напрокат. Мы были, конечно же, по-прежнему близки и постоянно выходили на связь, но наше общение ограничивалось скоростью света, и оно не шло ни в какое сравнение с моментами, когда мы могли лично встретиться с Фахдом, Чандрой и Соланж, потузить их и обнять.
На Земле мы не побывали. Из всего отряда только одна я подала заявку на инкарнацию там, и ответ все еще не пришел. Я все представляла себе, каким будет праздник в честь моего Дня инкарнации, если бы можно было устроить его на Земле: куда бы я отправилась? Что бы мы стали осматривать? Рим? Эверест? Поселения в глубинах океана? Равнины Африки, где зародилось человечество?
Было больно думать о том, что мне, вероятнее всего, никогда не случится увидеть ни одно из этих мест.
В дни празднований Дженис ни разу не попыталась устроить никаких маленьких бунтарских выходок в своем стиле. Хотя бы потому, что о нас стали говорить и установили за всеми довольно тщательное наблюдение. Поведение Дженис полностью соответствовало пожеланиям Анны-Ли. Но при этом я чувствовала, что Дженис замышляет какую-то решительную выходку.
Я пыталась поговорить с ней об этом. Рассказывала ей о своей диссертации, надеясь, что разговор коснется и ее работы. Но все безуспешно. Она полностью избегала этой темы.
При этом она была очень занята своим проектом, чему бы он там ни был посвящен. Ведь она постоянно носилась от одного члена отряда к другому и расспрашивала, где можно поискать нужную ей информацию.
Из ее вопросов я никак не могла составить для себя ясной картины. Они касались слишком многих сфер. Социология, статистика, минералогия, криминология, экономика, астрономия, проектирование космических кораблей… Ее работа, похоже, была слишком масштабной.
О диссертации Дженис я знала только то, что она должна была быть посвящена управлению ресурсами. Именно этой темой заставила ее заниматься Анна-Ли, поскольку в этой сфере требуются многие навыки, которые были бы полезны и в экспедиции на Тау Кита. На случай, если это не поможет, Анна-Ли потребовала, чтобы в качестве второй специализации Дженис выбрала пилотирование и навигацию космических кораблей и шаттлов.
Наконец я закончила свою диссертацию и расслабилась, ожидая, когда последуют предложения от работодателей. Но единственное приглашение на работу было с Иапета, где мне предлагали стать оператором устройств переработки отходов. Если бы писавший потрудился почитать мое резюме, то он понял бы, что на такую работу я не соглашусь.
Возможно, он просто был уже по горло завален мусором и отчаянно пытался кого-то найти, уж не знаю.
А потом произошло нечто совершенно поразительное. Вместо предложения работы, связанной с компьютерами, я получила приглашение на учебу в Пизанской академии.
А это — школа искусств. Расположенная в Италии, где было создано большинство замечательных картин.
Приемная комиссия писала, что в моей работе они увидели «наивный, но весьма оригинальный сплав социальной критики и формальностей геометрической организации». Не стану даже притворяться, что понимаю, о чем шла речь, при этом у меня есть подозрения, что для них просто неожиданной была возможность получить студентку, практически вся жизнь которой прошла в компьютере на Церере.
Свои радостные вопли я разослала всем членам нашего отряда, даже тем, кто уже покинул Цереру и, возможно, поморщился за своей рабочей станцией, получив мои восторженные сообщения.
Я прыгала по гостиной, и все пришли поздравить меня. Даже Дженис, в последнее время взявшая за правило появляться в виде аватары, даже отдаленно не напоминающей человеческое существо, — на ней изображался огромный молот, раз за разом ударявший по каменной глыбе.
Утонченности ей всегда недоставало.
— Поздравляю, — сказала она. — Ты добилась того, к чему стремилась.
А потом она отправила мне сообщение по закрытому каналу связи. «Ты прославишься, — писала она, — а я стану легендой».
Я посмотрела на нее, а потом послала ей ответ: «Давай об этом поговорим?»
«Через несколько дней. Когда я подам свою диссертацию».
«Не надо», — умоляюще попросила ее я.
Слишком поздно.
Молот ударил по каменной глыбе, осколки полетели по комнате и исчезли.
Следующие несколько дней я составляла планы празднования в честь своего
