Новая антология, собравшая под одной обложкой лучшие научно-фантастические произведения, опубликованные за год! Впервые на русском языке! Всемирно известный составитель Гарднер Дозуа представляет работы таких знаменитых авторов, как Грег Иган, Джон Барнс, Майкл Суэнвик, Пол Макоули, Стивен Бакстер и многих других.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Бакстер Стивен М., Суэнвик Майкл, Розенбаум Бенджамин, Бир Элизабет, Монетт Сара, Бейкер Кейдж, Бенфорд Грегори, Грег Иган, Розенблюм Мэри, Макдональд Йен, Левин Дэвид, Рид Роберт, Доктороу Кори, Стэнчфилд Джастин, Уильямс Уолтер Йон, Грегори Дэрил, Уилсон Роберт Чарльз, Маклеод Кен, Эликс Делламоника, Макаллистер Брюс, Скиллингстед Джек, Ван Экхаут Грег, Гилмэн Кэролин Ив, Барнс Джон Аллен, Нестволд Рут
сказал он, стараясь говорить сурово. От этого его голос звучал только тоньше.
— У меня есть лишняя стрела. Могу отдать, — предложил я.
Захлопали двери, люди стали выбегать из домов. Я засек какое-то мельтешение на склоне горы, будто маленькие черные мушки появлялись и быстро исчезали.
Вверх по тропинке взбежали трое и остановились за спиной у мальчика. Двое бородатых парней и с ними Эйлисс.
— Привет, Эйлисс, — сказал я.
— Ты знаешь этого парня? — спросил бородатый номер один. Его голос звучал довольно неприветливо.
— Я встречала его, — ответила Эйлисс. Она хмуро взглянула на меня. — Джейс?
— Да, это я, — ответил я.
— Это один из лагтеров, — пояснила она.
— Что привело тебя сюда? — спросил бородатый номер два. У него был английский акцент.
Я пожал плечами:
— Просто вышел прогуляться. У меня выходной.
— Шаббат, — сказала Эйлисс таким тоном, будто вспомнила что-то смешное. — Ах да. Тут нет ничего такого.
— Не могла бы ты попросить малыша опустить эту штуковину? — попросил я.
— Могла бы, — согласилась она. — Перестань, Николь. Малыш насупился, но сделал, как ему было велено. Он опустил арбалет и ослабил тетиву.
— Это не очень умно, — сказал я. — Вы не можете все время угрожать каждому, кто проходит мимо.
— Мы не угрожаем, — возразила Эйлисс. — Обычно. Просто мы немного нервные.
— Ага, ты можешь говорить что хочешь, — ответил я. Я понятия не имел, почему они такие нервные. — Но я не люблю, когда в меня целятся.
— Я думал, а вдруг ты бы оказался бандитом, — объяснил Николь. — Или зомби, или беженцем, или солдатом.
Бородатый номер один выглядел смущенным.
— Дети все подхватывают на лету, — оправдывался он.
— Пойдем в дом, выпьем чаю, — предложила Эйлисс.
Я понял, что они пытались загладить нерадушный прием.
— Спасибо, — сказал я. — Не откажусь. Малыш шагал рядом со мной по дорожке.
— Что это за имя — Джейс? — спросил он.
— Уменьшительное от другого имени, — ответил я.
— А от какого?
— Джейсон, — сказал я.
— Неплохое имя.
— Да, если у тебя второе имя Мейсон.
— Джей-сон Мей-сон, Джей-сон Мей-сон, — начал дразниться он.
— Не так громко, — сказал я.
— Чем ты заплатишь за мое молчание? — важно потребовал он.
— Ты что, телика насмотрелся?
— Ну ты спросил! Нету у нас телика! — ответил он. — Зато я много читаю.
Я вынул из кармана стрелу и повертел у него перед носом:
— Этого тебе довольно?
— У-у, конечно.
Я вручил ему стрелу.
— Спасибо, — сказал он, схватил подарок и поскакал вперед с криком: — Смотрите, что мне дал Джейсон Мейсон!
Ребенок, что с него взять.
Малыш повернулся и неторопливо побрел назад; проходя мимо, он мне кивнул. Двое парней и Эйлисс проводили меня к входной двери первого дома. Мы пригнулись и вошли в низкий дверной проем. Сломанные доски и другие разные дрова они сжигали в камине. Кое-какие доски были окрашены или покрыты лаком. Вот откуда этот химический запах. Но огонь пылал довольно бойко, и на плите стоял чайник. Я пил черный и крепкий с сахаром чай. Печенья мне никто не предложил, а я не попросил. Бородатые парни назвали мне свои имена. Мартин и Ангус. Я решил, что им было где-то к тридцати. Интересно, почему их не призвали на службу? Для армии они выглядели довольно привлекательно. Спрашивать я не стал. Я прихлебывал чай и осматривался. Лампочка, свисавшая с потолка, была выключена, и свет шел из окна. Из мебели в доме были стулья со вспоротой обивкой и продавленный диван, видавший виды буфет и комод. Ковры и половики лежали на полу толстым слоем, еще больше их было прибито к стенам. К настенным коврам были пришпилены картинки, вырезки из газет, открытки. Многие изображения показались мне распечатанными из Сети. Роскошные зеленые пейзажи — знаете, такие, как на исторических полотнах. Деревья и цветочки, птички и пчелки. На вбитых в стену гвоздях висели три арбалета, чуть выше — дробовик и пара пневматических винтовок. Жестяные банки с дробью и арбалетными стрелами, коробка патронов на полке. Коробка была коричневая и вся промасленная, с какой-то старинной этикеткой. Еще с тех времен, когда их не запрещали, догадался я. Такие наверняка не украсть ни на оружейных складах, ни у копов.
Телевизора нет, как и сказал парнишка. И даже, по-видимому, нет беспроводного Интернета. Но книги — бумажные, я имею в виду, — аккуратными стопками стояли у каждой стены. Их можно было принять
