Новая антология, собравшая под одной обложкой лучшие научно-фантастические произведения, опубликованные за год! Впервые на русском языке! Всемирно известный составитель Гарднер Дозуа представляет работы таких знаменитых авторов, как Грег Иган, Джон Барнс, Майкл Суэнвик, Пол Макоули, Стивен Бакстер и многих других.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Бакстер Стивен М., Суэнвик Майкл, Розенбаум Бенджамин, Бир Элизабет, Монетт Сара, Бейкер Кейдж, Бенфорд Грегори, Грег Иган, Розенблюм Мэри, Макдональд Йен, Левин Дэвид, Рид Роберт, Доктороу Кори, Стэнчфилд Джастин, Уильямс Уолтер Йон, Грегори Дэрил, Уилсон Роберт Чарльз, Маклеод Кен, Эликс Делламоника, Макаллистер Брюс, Скиллингстед Джек, Ван Экхаут Грег, Гилмэн Кэролин Ив, Барнс Джон Аллен, Нестволд Рут
движение. Но вот восточная фактически вела в никуда: это были остатки дороги, построенной еще древними людьми, по которой путешествовали в основном мусорщики и свободные антиквары, да и то лишь в теплые месяцы. Наверное, если пойти по ней туда, куда она ведет, то в конце концов можно добраться до Великих Озер или даже еще дальше на запад, а если последовать в противоположном направлении, то можно легко затеряться среди размывов и оползней Скалистых гор. Но железная дорога и дорожная магистраль дальше к югу избавили нас от необходимости ездить по восточной дороге.
Тем не менее она была под пристальным присмотром там, где выходила за пределы Уильямс-Форда. Резервисты поставили человека на холме, с которого открывался вид на дорогу, — того самого, где Джулиан и Сэм собирали смородину по пути со Свалки в прошлом октябре. И тут надо иметь в виду, что резервистов держали подальше от линии фронта не просто так. У них у всех были те или иные изъяны разума или тела. В их рядах состояли или раненые ветераны без рук или без ног, или же слишком простые и тупые люди, не годящиеся для службы в дисциплинированном солдатском отряде. Я не могу сказать ничего конкретного о человеке, поставленном в дозор на холме, но если он и не был идиотом, то совершенно точно не имел даже отдаленного понятия о маскировке, так как его силуэт (и его винтовки) очень хорошо выделялся на фоне яркого неба. Хотя, возможно, в этом и заключался смысл: дать понять потенциальным беглецам, что дороги перекрыты.
Но далеко не все дороги, по крайней мере для человека, выросшего в Уильямс-Форде и исходившего во время охоты всю округу. Вместо того чтобы прямо последовать за Джулианом, я какое-то время проехал на север, а потом через лагерь контрактников (из неостекленных окон лачуг на меня глазели изнуренные дети, от плохих угольных очагов в неподвижном воздухе стоял дым). Этот путь вывел меня на дорогу, проложенную по полям пшеницы для перевозки урожая и рабочих. От постоянного использования она углубилась, поэтому я ехал вдоль земляной бермы и змеящихся проволочных ограждений, скрытый от глаз стража вдалеке. Уйдя на безопасное расстояние на восток, я добрался до коровьей тропы, приведшей меня обратно на главную дорогу.
На тонком снежном покрове, до сих пор ничем не потревоженном, я снова увидел знаки, которые так обеспокоили меня в Уильямс-Форде.
Джулиан прошел этим путем. Он исполнил задуманное и направился к Ландсфорду еще до полуночи. Вскоре после этого снегопад закончился, и отпечатки лошадиных копыт ясно виднелись, хотя и смазались по краям.
Но это были не единственные следы: имелись и вторые, более четко выраженные, а значит, более свежие, скорее всего появившиеся поздно ночью. Именно их я увидел на перекрестке в Уильямс-Форде: свидетельства погони. Кто-то преследовал Джулиана, а тот об этом не знал. Последствия могли быть очень серьезными, утешало только то, что вдогонку пустился один человек, а не целая компания. Если бы властители поместья узнали об исчезновении Комстока, на его поимку отправили бы всю бригаду. Скорее всего, моего друга приняли за обыкновенного дезертира, какого-нибудь работягу, решившего сбежать, или молодого человека, спасающегося от призыва, и теперь за ним следовал решивший отличиться резервист. В ином случае воображаемый батальон сейчас следует прямо за мной, а возможно, скоро последует, так как отсутствие Джулиана к этому времени, наверное, уже заметили.
Я направился на восток, добавив свой след к предыдущим двум.
Вскоре миновал полдень, и, по мере того как солнце начало клониться к ранней встрече с юго-западной линией горизонта, у меня появились сомнения. Что конкретно я хотел сделать? Предупредить Джулиана? Если так, то я уже сильно запоздал, хотя оставалась слабая надежда, что на каком-то этапе мой друг догадался скрыть следы или каким-нибудь другим способом обманул преследователя, у которого не было моего преимущества. Он не знал, где Джулиан хотел дождаться приезда Сэма Годвина. Я уже начал представлять, как спасаю друга из плена, хотя при себе имел только ружье для охоты на белок и всего пару зарядов (плюс нож и собственную смекалку — в общем, арсенал не поражал воображение) против того, что могло быть у резервиста. В общем, у меня было больше желаний и волнений, чем расчета и планов; никакой заранее обдуманной схемы действий, кроме решения поехать на помощь Джулиану и рассказать, что я доставил сообщение Сэму, который приедет, как только ему удастся незаметно выбраться из поместья.
А потом? Вот этот вопрос я себе не решался задать ни на пустынной дороге далеко за Свалкой, дальше, чем я когда-либо осмеливался уходить от Уильямс-Форда, ни там, где равнины разбегались по обе стороны от дороги морозными
