Новая антология, собравшая под одной обложкой лучшие научно-фантастические произведения, опубликованные за год! Впервые на русском языке! Всемирно известный составитель Гарднер Дозуа представляет работы таких знаменитых авторов, как Грег Иган, Джон Барнс, Майкл Суэнвик, Пол Макоули, Стивен Бакстер и многих других.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Бакстер Стивен М., Суэнвик Майкл, Розенбаум Бенджамин, Бир Элизабет, Монетт Сара, Бейкер Кейдж, Бенфорд Грегори, Грег Иган, Розенблюм Мэри, Макдональд Йен, Левин Дэвид, Рид Роберт, Доктороу Кори, Стэнчфилд Джастин, Уильямс Уолтер Йон, Грегори Дэрил, Уилсон Роберт Чарльз, Маклеод Кен, Эликс Делламоника, Макаллистер Брюс, Скиллингстед Джек, Ван Экхаут Грег, Гилмэн Кэролин Ив, Барнс Джон Аллен, Нестволд Рут
для этого понадобилось…
— Этого я вам сказать не могу, — ответил капитан. — Прошу вас, не спрашивайте меня об этом.
Такого ответа ей было достаточно.
Когда они вышли, Том с сыновьями был на кухне, поэтому туда и направились Сьюзен с капитаном.
— Простите, нас задержал очень интересный разговор, — беззаботным тоном произнесла Сьюзен, бросив на Тома взгляд, говоривший: «Потом все тебе расскажу». — Это, капитан Гротон, наши сыновья, Бен и Ник.
Мальчики встали и неловко кивнули; очевидно» им заранее сказали не пожимать гостю руку.
— Оба ваши? — спросил ватесун.
— Да, — ответил Том. — А у вас есть дети, капитан?
— Да. Дочка.
— Сколько ей лет? — спросила Сьюзен, наливая ему вина в кружку.
Капитан Гротон молчал так долго, что она уже было стала думать, что сказала что-то неприятное, но в конце концов он покачал головой:
— Не могу подсчитать. Из-за растяжения временных интервалов это слишком сложно Да и вам бы это ничего не сказало: годы у нас с вами разные.
— А она сейчас там, дома, на вашей планете?
— Да.
— И ваша жена тоже?
— Она умерла.
— Как я вам сочувствую. Должно быть, вам было нелегко оставлять дочь одну.
— Это было необходимо. Меня направили сюда. Я исполняю свои обязанности.
Сьюзен подумала, что, возможно, выпечка из коровьих выделений не то блюдо, которое стоит предлагать этому гостю, поэтому она пошарила в буфете и быстро собрала на стол сухие закуски: жареные соевые бобы, крекер, сушеные яблоки, кедровые орехи, а чтобы на столе было и что-то сырое — сладкий картофель. Пока Том отважно пытался завязать с капитаном разговор о рыбалке, она стала готовить пиццу для своей семьи. За дверями лаяла собака, и она попросила Бена пойти покормить ее. Ник стал играть с приставкой «Gameboy». Вокруг царила привычная, приятная суматоха.
— Что вы едите у себя на родине? — выбрав момент, спросила Сьюзен у гостя.
Гротон пожал плечами:
— Мы уделяем питанию не так много внимания, как вы. Все подойдет. Мы всеядны.
— Надо бы присмотреть за нашими собаками, — пробормотал Бен.
— Бен! — укоризненно воскликнула Сьюзен.
Капитан Гротон направил на него взгляд своих глаз, пятнистых, как мрамор:
— Ваш мясной скот не представляет для нас интереса. Вся семья в ужасе посмотрела на него.
— Наши собаки — не мясной скот! — выпалил Бен.
— А зачем же вы их держите? — логично поинтересовался капитан.
— Для общения, — сказал Том.
— Ради забавы, — добавил Бен.
— Потому, что они напоминают нам, что мы люди, — произнесла Сьюзен. — Если бы вокруг не было других видов, мы забыли бы об этом.
— А, понятно, — ответил ватесун. — Мы тоже чувствуем нечто подобное.
Последовала неловкая тишина, пока все присутствовавшие пытались представить, кого же держат ватесуны в качестве домашних любимцев.
Ситуацию спас сигнал таймера. Пиццу вынули из духовки, и вскоре снова воцарилась радостная суматоха.
В Интернете Сьюзен вычитала, что ватесуны питаются весьма умеренно, но капитан Гротон казался обжорой. Он попробовал все, что она подала на стол, в том числе съел и два куска пиццы.
Для того чтобы не заставлять гостя наблюдать неприятное зрелище — столы и кухонную утварь, залитые водой, — Сьюзен пригласила его осмотреть сад за домом, пока остальные приберутся. Раздвижные двери захлопнулись за ними, а следом, собираясь обнюхать незнакомца, пошел пес, но Сьюзен выгнала его на кухню. Потом она повела ватесуна в сад, где во влажных сумерках пели сверчки.
Стоял самый привычный для Среднего Запада вечер. Сад выходил к утесу над рекой, к выветренной известняковой плите, заросшей сумахом и виноградом. Сьюзен прошла мимо разбросанных обломков игрушечных летающих тарелок и мишеней для дротиков в нижнюю часть сада, где уже начиналась дикая природа. Она села на качели, висевшие на ветке кривого дуба; веревки скрипнули. В тихих сумерках она стала покачиваться, думая о вечерах из прошлого.
Сьюзен никогда не понимала, насколько ей дорого это место, пока не пришлось задуматься о том, что придется все это потерять. Она смотрела на темные кусты у обрыва, наблюдала за безмолвно светившимися светлячками.
— Ощущаете ли вы красоту всего этого? — спросила женщина, не пытаясь скрыть в голосе тоски.
Несколько мгновений они молчали, и, посмотрев на капитана, она увидела, что он глядит в темноту, погрузившись в глубокую задумчивость.
— Простите, — произнес он, придя в себя. — О чем вы сейчас спросили?
— Мне кажется, что в детстве в памяти каждого из нас отпечатывается определенный тип пейзажа, — вместо ответа на вопрос сказала
