Новая антология, собравшая под одной обложкой лучшие научно-фантастические произведения, опубликованные за год! Впервые на русском языке! Всемирно известный составитель Гарднер Дозуа представляет работы таких знаменитых авторов, как Грег Иган, Джон Барнс, Майкл Суэнвик, Пол Макоули, Стивен Бакстер и многих других.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Бакстер Стивен М., Суэнвик Майкл, Розенбаум Бенджамин, Бир Элизабет, Монетт Сара, Бейкер Кейдж, Бенфорд Грегори, Грег Иган, Розенблюм Мэри, Макдональд Йен, Левин Дэвид, Рид Роберт, Доктороу Кори, Стэнчфилд Джастин, Уильямс Уолтер Йон, Грегори Дэрил, Уилсон Роберт Чарльз, Маклеод Кен, Эликс Делламоника, Макаллистер Брюс, Скиллингстед Джек, Ван Экхаут Грег, Гилмэн Кэролин Ив, Барнс Джон Аллен, Нестволд Рут
и неловкость от наготы.
— Где ты достала этот спрей?
— В одной лаборатории в Малой Канаде, торгующей на черном рынке, — ответила Рутлесс, протягивая ему комбинезон. — Вот, одевайся. Смотри, чтобы синтетическая кожа не слезла.
Он с видимым облегчением натянул одежду.
— Ты все время носишь с собой эти штуки, чтобы заметать следы преступлений?
— В качестве меры предосторожности.
— Против чего? Все, кто здесь живет, сражались на стороне кабу. Почему кому-то может понадобиться скрывать…
— Убийство при смягчающих обстоятельствах? Он сглотнул:
— Ты когда-то была копом. Ты расследовала подобные вещи.
— А теперь я работаю на производстве зонтиков. Послушай, золотко. Ты пытался спасти девушку. Хорошее дело… а кальмара ты убил в честном бою.
— Ты бы прикрыла меня, даже если бы я напал на него. Не будь я твоим племянником, мне была бы крышка.
— Да, думаю, ты прав.
— Так что на самом деле, прав я был или не прав, не имеет значения.
— И что, теперь ты собираешься убивать кальмаров для собственного удовольствия?
Он окинул ее яростным взглядом:
— Это не доставило мне удовольствия.
— Я не пытаюсь обидеть тебя, Рав. Я знаю, что гнев лучше, чем страх или психоз.
— Не рассказывай мне, что я чувствую!
— Можешь поорать на меня позже, если тебе это требуется, все, что хочешь, когда хочешь, обвинить меня во всем, чем хочешь.
— Это не…
Она перебила его:
— Тебе придется орать только на меня, потому что пока мы здесь, на Кабуве, ты не упомянешь о случившемся ни единой живой душе. Никогда, Рав.
Юноша рывком натянул комбинезон на бедра, дрожащими руками расправил ткань.
— А прямо сейчас нам необходимо избавиться от следов. Итак, я спрашиваю: тебе нужно успокоительное или ты справишься сам?
Рав нахмурился, смущенный, и она показала шприц.
— Мне не нужны лекарства, — выдавил он.
— Отлично. Надевай мой плащ и не забудь опустить голову — здесь могут быть стационарные камеры.
— Мы уходим? А как же моя кровь и тела…
— Мы вернемся и уничтожим все это.
— Как? Здесь столько… улик.
— Распылим их, — сказала Рутлесс, и на лице Рава появилось безвольное выражение, словно она действительно дала ему наркотик.
Склонив голову, он заскользил вслед за ней по коридору.
Кабу почти с самого начала заинтересовались гражданской войной на Земле, помогая Демократической армии в ее глобальной борьбе против фашистских Друзей Освобождения технологиями, медикаментами и в конце концов даже солдатами. Эта война стоила внеземной цивилизации огромных денег и унесла жизни миллиона молодых кальмаров, не считая призывников, вернувшихся домой искалеченными душой и телом, почти такими же мертвыми, как и их распыленные товарищи.
Друзья — Враги, как называли их противники, — также получали поддержку с другой планеты. В течение семидесяти лет кровопролитных сражений они наносили альянсу Демократов и кальмаров тяжелые удары. Враги поглотили мир милю за милей, начав в Азии и закончив Северной Америкой.
Самым ужасным оружием войны была пыль, наноагент, который разрушал все, что попадалось на его пути, молекула за молекулой. Пыль, одинаково эффективная как против неподвижных целей, так и против живой силы, стирала жертвы с лица земли. После прямого попадания не оставалось никаких следов. Никаких останков, даже ДНК, — только странные стерильные поля сражений, перекрывающиеся кратеры, наполненные тонким порошком цвета ржавчины, иногда окруженные кусками тел. Руки, ноги и головы — обычно именно эти части тела оставались целыми после удара.
Рав, дитя Отступления, вырос в страхе перед одним только упоминанием о пыли. Это была страшилка его поколения: «Спи, малыш, не то придут Враги и распылят тебя».
Эта угроза не мешала ему надоедать матери и тетке просьбами рассказать что-нибудь о войне: его увлечение прошлым было ненасытным. «Возможно, теперь это пройдет», — подумала Рутлесс, испытав укол совести за свой эгоизм.
Они добрались до Риальто сразу после полуночи и проникли внутрь через заднюю дверь.
— Иди надень подходящую одежду. Ту, что на тебе, принеси обратно, — приказала Рутлесс.
— Ладно.
— Но сначала дай мне доступ к своей базе данных.
— Для этого нужны отпечатки пальцев.
— Войди и разреши мне доступ, — сказала она, подталкивая его к терминалу.
— Что ты собираешься делать?
— Стереть запись и все, что может быть связано с ней.
— Я сделаю это позже.
— Просто иди и переоденься.
— Хорошо. — Приложив палец к сканеру и открыв базу данных, Рав исчез наверху.
Рутлесс
