Новая антология, собравшая под одной обложкой лучшие научно-фантастические произведения, опубликованные за год! Впервые на русском языке! Всемирно известный составитель Гарднер Дозуа представляет работы таких знаменитых авторов, как Грег Иган, Джон Барнс, Майкл Суэнвик, Пол Макоули, Стивен Бакстер и многих других.
Авторы: Паоло Бачигалупи, Рейнольдс Аластер, Лейк Джей, Макоули Пол Дж., Бакстер Стивен М., Суэнвик Майкл, Розенбаум Бенджамин, Бир Элизабет, Монетт Сара, Бейкер Кейдж, Бенфорд Грегори, Грег Иган, Розенблюм Мэри, Макдональд Йен, Левин Дэвид, Рид Роберт, Доктороу Кори, Стэнчфилд Джастин, Уильямс Уолтер Йон, Грегори Дэрил, Уилсон Роберт Чарльз, Маклеод Кен, Эликс Делламоника, Макаллистер Брюс, Скиллингстед Джек, Ван Экхаут Грег, Гилмэн Кэролин Ив, Барнс Джон Аллен, Нестволд Рут
тоскующих по дому землян, большинство — ровесники Рутлесс. Показывали старую болливудскую
картину — «Мангал андей»,
подумала она. Многие сидели с отвисшими челюстями, словно в трансе. Некоторые бормотали вслух, читая английские субтитры.
Рутлесс позволила себе бросить лишь один взгляд на экран, один взгляд на опьяняющее зрелище лошадей и пустыни, на знакомое небо Земли. Затем она на цыпочках прокралась в офис Элвы. Немного повозившись и воспользовавшись одним из своих аэрозолей, она взломала сейф и взяла пачку контрамарок. Голос Элвы заставил ее обернуться:
— Что ты здесь делаешь? Где Рав?
По стандартам беженцев, Элва была богатой женщиной, но годы лишений, предшествовавшие Изгнанию, сделали ее скупой. Она носила серую одежду самого простого покроя и старые кожаные сапоги. Волосы были коротко острижены, и рыжая с проседью щетина не скрывала шрама на черепе. Рав рассказывал, что она копит продукты и лекарства на тот день, когда они отправятся домой.
Глаза ее были похожи на изумруды — такие же блестящие, зеленые, враждебные. Рутлесс и ее невестка не раз сражались плечом к плечу, но никогда не были друзьями.
— Рав наверху, — ответила Рутлесс и, когда Элва сделала движение в том направлении, добавила: — Оставь его.
— Какое право ты имеешь указывать мне, что делать в моем собственном доме?
— Прости.
— С ним все в порядке?
— В общем, да.
— У него неприятности?
— Это ненадолго.
— Что произошло?
— Если я расскажу, ты пожалеешь, что спросила.
Элва быстро оглянулась на занавес, отгораживавший их от зрительного зала.
— Если ты хочешь позвать своих парней, чтобы они меня вывели из игры…
— Думаешь, я настолько глупа, чтобы применять силу, Рутлесс?
— Думаю, с этим лучше повременить, — любезно ответила она, но Элва не пошевелилась. Если невестка и вызвала своих псов, то не давала отбоя. — Возвращайся к работе, Элва. Веди себя как обычно. Рав будет дома к рассвету.
— И это все? Появилась здесь, напугала меня до смерти, обобрала до нитки — и не собираешься ничего рассказывать?
— Больше не спрашивай, — сказала Рутлесс. — Не здесь. Его тоже не спрашивай.
— Дерьмо собачье.
— Для всех будет лучше, если ты притворишься, будто не знала, что он выходил. Всем, кто спросит, отвечай, что он провел ночь дома.
— В какую грязь ты его затащила?
— Если не сделаешь, как я скажу, Элва, кальмары придут за ним. И утопят его. Ты — моя семья, Элва, но он — моя кровь. Упомянешь об этом ему или кому-либо еще, и полиция может заинтересоваться, и тогда сына моего брата убьют. А я расскажу всем, что ты работала на Врагов.
— Я никогда…
— Слухи — это не обязательно правда, Элва. Ты женщина, ты богата, и в тебе есть что-то от суки. Тебя не любят, и ты это знаешь. А теперь возвращайся к работе, пока твой ребенок не пришел и не увидел, как мы спорим.
— Я не спорю с тобой.
— Мне кажется, мы поладим, — сказала Рутлесс, но тут Элва сильно ударила ее кулаком в челюсть.
Рутлесс упала навзничь на письменный стол. Она забыла о вспыльчивом характере невестки.
— Не угрожай мне, Руги. Это мой сын. Думаешь, шантаж…
— Все плохо, ясно? Он в беде, в большой беде. — Она ощутила вкус крови во рту, и у нее мелькнула мысль дать сдачи. Много лет прошло с того дня, как они дрались в последний раз… достаточно много, и она решила, что это будет даже забавно. Но вместо этого она сказала: — Мне не следовало этого говорить. Это твой ребенок. Ты будешь молчать, я знаю.
На лестнице послышались легкие шаги.
— Тетя?
Элва ударила Рутлесс кулаком в переносицу:
— Не проиграй. Какова бы ни была игра…
— Я никогда не проигрываю. — С трясущейся челюстью Рутлесс обошла Элву и скользнула обратно в вестибюль.
— Рутлесс? — Хриплый шепот.
— Просто Рут, Рав, — вздохнула она. — Ладно?
— У тебя кровь идет.
— Один из головорезов твой мамы решил, что я безбилетница.
— Он еще жив? — Шутка не удалась, потому что голос его дрожал.
— Внезапно убить — не так уж смешно, а, парень?
— Так что теперь?
Действительно, что? Элве нужно время, чтобы успокоиться, а Рав слишком возбужден, чтобы остаться. И в любом случае он уже в игре, не так ли? Правило клуба номер один: убирай за собой игрушки.
Она повела его по тротуару, благодаря небо за сгустившийся туман.
— Давай поговорим о том, как обычно люди попадаются.
— Хорошо.
— Они звонят по телефону или переводят большие суммы денег примерно в то время, когда было совершено преступление.
