Лучший гарпунщик

рельефу за ротной колонной не поспеть.
Дорога временами начала удаляться от берега, местами прорубаясь уже через вполне полноценные джунгли, где возможную засаду было бы не разглядеть уже в десяти метрах. Винтовки на плече уже никто не нес, перевесили на грудь, загнали патроны в патронники и сняли с предохранителей. Вроде бы противодействия противника не ожидалось, но береженого бог бережет.
В лесу духота наваливалась куда сильнее, чем на открытом месте. Там было палящее солнце и горячий ветер, а здесь он сменялся влажным стоячим воздухом, как в турецкой бане. Вместо бесчисленных сверчков, от которых уже в ушах звенело, заорали птицы, хором, кто кого переорет, а откуда-то издалека доносился визг дерущихся или чего-то испугавшихся мартышек. Это мне уже объяснили, сам бы не опознал ни за что. Еще мысль мелькнула о том, что оружие в таких местах надо чуть не каждый день чистить, стволы здесь не хромированные, ржавчина заведется очень даже запросто.
Земля под ногами тоже изменилась. Только что была сухая и твердая как камень, а теперь пошла мягкая и влажная, на которой следы как на пластилине отпечатывались. Хорошо еще что хоть не липкая, а то тащили бы уже по пуду на каждой ноге. Несколько раз что-то подозрительное замечали, но каждый раз убеждались в том, что тревога ложная. Один раз дикую свинью спугнули, второй раз вызвал подозрение спутанный ком лиан, а еще пару раз просто показалось.
Разговор с братом Иоанном из головы не шел никак, но это и понятное дело. Странно было бы такое забыть. Не удивил. Вот крест на пузе — вообще не удивил он меня. Его записка так и лежала у меня в кармане, я даже разок украдкой перечитал — все верно, глаза меня не подвели, и все же никакого сюрприза не получилось. Не могу объяснить почему я так думаю, но… если кто-то один сумел сквозь миллиард слоев времени провалиться в будущее, то почему этого не мог сделать кто-то до меня? А вычислить таких попавших, я думаю, было не сложно. Даже я, как ни старался тихариться, а у внимательных подозрения вызвал. А у меня вообще привычка на глаза не лезть и всегда стараться «смешаться с толпой», если можно так выразиться. А ведь кто-то еще и шуметь бы начал насчет того, откуда он сюда попал.
«Особый отдел», поди же ты. Даже назвались правильно, как и подобает. Быстро вычислили. Интересно, кто первый «сигнализировал»? Преподобный Савва или преподобный Симон? Или кто-то вообще другой? Да какая разница, собственно говоря, они в своем праве, это их земля и их жизнь… хотя они уже и моими становятся помаленьку. Вот воевать за них иду — кто скажет, что не мои? И что стало с остальными попадавшими сюда, кстати? Как-то упустил я за разговором уточнить, а потом помешали. Пришел Большой со своими таблетками прегорькими, а потом Байкину что-то занадобилось, а потом… а совсем потом и привал закончился.
Кстати, вот еще интересное в записке: «Скорее всего ты там погиб. Здесь оказался в месте, где недавно погибли люди». Все верно, но… почему такая связь? Странно. Кстати, я вообще там погиб или как? Или где? Я ведь только вспышку помню, и то не знаю, что за вспышка была. Не атомный ли взрыв часом? Нет, не думаю, если я не первый, то на всех ядерных взрывов не хватит. Если мои предшественники сюда не из Хиросимы попали. Не туда думаю, не правильно. Как-то все это по-другому работает.
Ладно, поговорим еще с братом Иоанном, мы пока еще в одной ротной колонне идем, так что случай предоставится.
Часа через два дорога снова вышла к берегу, но джунгли уже не отступали, прежние сухие возвышенности сменились низинами, причем довольно заболоченными. Появилось множество комаров, все, включая меня потащили из ранцев сеточки с кольцами, которые надевались на тулью шляпы и превращались в накомарники. Правда, на самом берегу комары исчезали, похоже, что с открытых пространств их сдувало свежим морским бризом, так что сразу становилось легче.
После третьего краткого привала, мы услышали приближающийся топот нескольких лошадей. Несколько всадников, немного, приближалось к нам рысью, скрытые поворотом дороги и густыми зарослями. План действий на такой случай у нас был отработан заранее, так что я только команду подал:
— Всем укрыться!
К счастью, сделать это было совсем нетрудно, надо было отбежать с дороги в сторону на несколько шагов и свалиться в траву, высокую и влажную, разве что посмотреть предварительно, убедиться, что ты не на змею падаешь. Правда, едва я свалился, как с большого лопуха с нижней его стороны, прямо мне на рукав свалилась серая жирная пиявка, задергавшаяся словно в судорогах. Но я ее сбил щелчком на землю, отметив для себя, что потом ее и раздавить неплохо было бы.
— Без команды не стрелять!
Если всадников мало и они не выглядят враждебными, мы их должны