Лучший гарпунщик

века, пыль и пепел закрыли солнце, наступила зима на много лет. Люди выживали как могли, люди ели друг друга и охотились друг на друга как на зверей. Все, что было в этом мире раньше, оказалось разрушенным или потерянным, машины и станки, которые могли бы помочь, оказались на дне океана, уцелевшая земля в разных местах вдруг становилась ядовитой, появились очаги радиации.
— А что дальше?
— Людей оставалось все меньше и меньше, в конце-концов их стало так мало, что они потеряли связь друг с другом. Люди стали дичать, образуя племена. Они дрались мечами и стреляли из луков, жили в хижинах и уже не знали лекарств. Утратилось Знание.
— Так появились негры?
— Да, именно так, — подтвердила она. — В какое-то время все люди, что остались на поверхности Земли, превратились в негров, жестоких и диких.
— А откуда взялись христиане, турки, франки?
— Все церкви предупреждали людей до самого последнего момента, что они бросают вызов самому Богу. Как глупые дети, которые расшалились в церкви и бросают друг в друга горящими свечками, не понимая, что церковь сгорит. Их никто не слушал, над ними смеялись. И тогда церковники начали делать тайники. Множество тайников, в разных местах, куда прятались книги, отпечатанные на бумаге, которая не горит и не мокнет, там были станки и были чертежи, были рецепты лекарств и было много всего, включая карты других таких тайников. И у каждого такого тайника были хранители, несколько человек, всегда честных людей и хороших бойцов. Они называли себя монахами, а такие группы — «тайными монастырями». Это у христиан, но то же самое было и у турок, и у франков.
— Они что, все уцелели?
— Ну что ты! Множество их погибло, весь мир раскалывался на части, кто мог уцелеть, в таком аду? Но кто-то все же остался.
— Они начали собирать людей?
— Верно. Они знали многое — как сделать топливо из растительного масла, как добыть и как ковать железо. У них были книги, где рассказывались самые простые и надежные способы это делать. У них были станки, на которых можно было выточить почти любую деталь из любого металла. Они делали на этих станках детали других станков по своим чертежам, а на тех станках делали уже машины, инструменты, оружие.
— И те люди, что были с монахами, стали сильнее негров?
— Верно, — кивнула девочка. — Что стоит лук против доброй винтовки? И многие негры уходили к христианам, а некоторые просто отдавали им своих детей, понимая, что те выживут. И люди строили церкви, а вокруг церквей — города. В города христиан пришел труд, пришла вера, а вместе с этим — благополучие.
— Как давно?
— На Большом Острове город сложился уже больше пяти веков назад. Сначала это были почти хижины, а теперь там большие каменные дома, там фабрики и мастерские, там школы и там университет.
— А другие города получались вокруг других «тайных монастырей»?
— Нет. У христиан все монастыри собрались на Большом острове. В каждом тайнике было радио, по которому они могли найти друг друга. А уже с Большого острова, куда собиралось все больше и больше людей, выехали новые миссии, и уже они образовывали новые острова.
— Долго так продолжалось?
— Это и сейчас продолжается, людей стало рождаться больше и больше выживать детей. Но в основном расселение закончилось два с половиной века назад, тогда и образовалась Нова Фактория. Все же людей еще не очень много, и им хватает места и еды в тех местах, где они живут сейчас.
— А у франков и турок все так же, как и у вас?
— Да. И у всех них есть какой-то главный остров, где дом их Церкви.
— У Церкви есть радио? — вспомнил я о том, что она сказала.
— Есть, — кивнула она головой. — Телеграммы посылают. Видел на Новой Фактории на башне такую мачту стальную?
— Антенна? — припомнил я нечто подобное.
— Ага. Только связь теперь простая, не такая, как раньше была, говорят. А на некоторых островах есть даже радио-посты. Привозят людей, передатчик и движок, вот они принимают телеграммы и дальше передают.
Я подумал, что радиосвязь здесь получается самая примитивная, азбукой Морзе, судя по всему. А поскольку дальности с самых высоких вышек хватает километров на триста, наверное, не больше, то приходится ставить посты-ретрансляторы. Вот у кого, наверное, служба та еще, почище чем в мое время на «точках».
— Смотри, какая большая! — вдруг толкнула меня в локоть Вера и указала пальцем.
Почти параллельным нам курсом в прозрачной синей воде плыла здоровенная, метра четыре в длину, темная рыба. Обтекаемое, массивное тело, чуть сплюснутое сверху рыло, очень длинные прямые крылья грудных плавников с белыми пятнами на концах, бурый окрас спины, переходящий в пятнистый на боках, а ниже виднелось белое брюхо. Рыба немного всплыла, и высокий, слегка закругленный