Куда только не заносит бравых спецназовцев судьба. Но если родина-мать зовет, они безоговорочно бросаются в самое пекло. Даже если это пекло находится не в нашем, реальном, мире, а в былинной Руси. Настоящие герои и в сказочном мире ведут себя достойно. Капитан Илья Иванов родину не посрамил. Не уронил честь мундира.
Авторы: Баженов Виктор Олегович, Шелонин Олег Александрович
звонок.
— Раз, — обрадованно принялась считать Яга.
— Два, — подключились остальные, — три… четыре, — удивленно отсчитали они, — пять… сто тридцать пять…
— Илюша, иди! — тряхнула головой Яга. — Чую сердцем, глубоко факир в транс вошел.
Яга оказалась права: когда капитан толкнул дверь под номером тринадцать, в нос ему шибанул сладковато-дурманящий запах анаши. Пухленький, розовый «индус» висел под потолком. В правой руке он держал литровый пузырь тройного борзенского, к которому периодически прикладывался, левой дергал за веревку. Перед носом висел чугунок с прилипшими снизу дровами. Они горели. Трубка Алхимериуса торчала в правой ноздре.
— Ты кто? — оторопело спросил Илья.
— Гасан Абдуррахман ибн Факир, — радостно сообщил Кощей. — Папа! Ты прикинь, какая штучка прикольная! Подергать не хочешь?
— И тогда Луис Альберто…
— У-у-у, козел!!! — затрясли рогами научные сотрудники адского НИИ.
— Полностью с вами согласна, — вздохнула Марьюшка, — я лучше эту сцену пропущу. Вы очень впечатлительные.
Марьюшка сидела на пороге избушки, дрыгая ногами, и рассказывала мыльную оперу. Черти от нее тащились. Как Люциферовы, так и синдикатовские. Последние замаскировались в ветвях дуба, надежно пустившего корни в благодатной почве острова Буяна. Бывший вредный бельчонок тоже слушал вместе со всем своим семейством. Трус, Балбес и Бывалый рыдали от сострадания к бедной Марианне, утирая слезы кисточками хвостов. Научный отдел адского НИИ тоже весь был в соплях.
Илья ворвался в зал, довольно потирая руки. Звоночек под дотолком по-прежнему надрывался.
— Молодцы! Классного спеца порекомендовали! Все знает! Что! Где! Когда!
Тридевятый синдикат обалдело смотрел за его спину. Капитан обернулся. Вошедший в нирвану «факир» розовым пухленьким шариком плыл следом со всем своим реквизитом, продолжая дергать за веревку.
А наутро началось что-то невообразимое. Клич «СПАСАЙ ОТЕЧЕСТВО!» упал на благодатную почву. Мужское население, не успев протрезветь после празднеств по поводу появления отца-основателя нового государства — «папы», дружно взялось за дело. Образ Марьюшки с метлой, расклеенный по всему тридевятому, поставил на уши всех. Горячие юнцы, заткнув за пояс топоры, подхватили вилы и, испросив, как на Руси положено, согласия у родителей, рванули на поиски: кто с благословением, кто без. Седовласые патриоты, умудренные жизненным опытом, желали твердых гарантий. Они клубились у дворца, требуя соответствующих документов, заверенных царской печатью и крестиком, начертанным собственноручно царем-батюшкой, плюс командировочных для проведения столь ответственной операции. При этом они почему-то дружно косились в сторону ближайшего кабака. Однако не все. Кое-кто был настроен очень серьезно.
— Ерем!
— Че, Тимох?
— Дались нам эти командировочные! Собираем ватагу и айда по степи…
— Точно! Ни Горыныча тебе, ни Соловья с его ищейками…
— Бумагу все же получить надобно. Сгодится в случай чего. Отмазка будет…
Две курчавые головы склонились одна к другой и о чем-то зашептались. Блюстители порядка, в роли которых выступали ратники городской стражи, энергично раздавали подзатыльники и упорядочивали очередь, ставя углем порядковые номера на лбах патриотов. Писцы не успевали. От скрипа перьев закладывало уши. У царя-батюшки отсохла рука. Столько крестиков за одно утро….. Казна стремительно пустела. Государственный административный аппарат тридевятого трещал по всем швам. Пораженная Василиса, разбуженная гомоном толпы, не веря глазам своим, наблюдала, как ее воодушевленные подданные дружно мутузят представителей иноземных государств, пытавшихся прорваться во дворец без очереди, дабы предложить свои услуги в обмен на легендарную формулу «папы». Чебурашка, увидев состояние казны после раздачи командировочных, грохнулся в обморок. Не успевший протрезвиться народный целитель попытался лечить его методом взглядотерапии и тем чуть окончательно не добил министра финансов (накануне домовой Василисы не выпил ни грамма). Трехголовая карета скорой помощи доставила пострадавшего в «Дремучий бор» под крылышко Яги, которая с помощью медбрата Гены быстро привела больного в чувство. Гремучая смесь настойки из мухомора и эликсира творила чудеса. Выслушав Чебурашку, хозяйка культурно-развлекательного комплекса только головой покачала:
— Да уж, дал наш папа по мозгам своими листовками. Всему тридевятому.
— Себе в первую очередь. —
