Куда только не заносит бравых спецназовцев судьба. Но если родина-мать зовет, они безоговорочно бросаются в самое пекло. Даже если это пекло находится не в нашем, реальном, мире, а в былинной Руси. Настоящие герои и в сказочном мире ведут себя достойно. Капитан Илья Иванов родину не посрамил. Не уронил честь мундира.
Авторы: Баженов Виктор Олегович, Шелонин Олег Александрович
схватился за очки. Люстру министр финансов ему простил, справедливо выставив счет за учиненный во дворце погром боярину Нарышкину, но рисковать не стоило. — Значит так, бра… — Илья великолепно помнил братковый сленг, занесенный им в тридевятое три года назад, но последнее время капитана от него стало немного коробить. — Короче, я на поиски Марьи-искусницы отправляюсь, но перед этим хотелось бы повидаться с послом вчерашним. Из Мандладаша.
— Зачем? — удивился Чебурашка.
— Я тут думал, думал… — неопределенно пробормотал Илья.
— О чем? — заинтересовался Никита Авдеевич.
— Мое профессиональное чутье, — капитан почесал грудь в том месте, где когда-то лежало Кощеево яичко, — говорит мне, что с этим послом не все чисто. Стоило бы почитать его грамотки. Да и с самим потолковать в приватной беседе. — Илья выразительно стукнул кулаком о раскрытую ладонь.
— Соловей! — нахмурился Иван. Воевода сыскного приказа опрометью кинулся исполнять высочайшее повеление. Через пару минут он вернулся мрачный как туча.
— Исчез. С утра его никто не видел.
— Папа проснулся? — в окне появилась голова Центральной. — Там Яга уже заждалась.
— Меня? — удивился Илья.
— Попрощаться с тобой перед дорожкой хочет, — пояснила Левая, высовываясь из другого окна, и шмыгнула носом
— Вы уж извинитесь перед ней, ребятушки. Недосуг мне. Марьюшку спасать надобно.
— Ни в коем случае!
— Папа!
— Что ты! Она всю ночь пирожки тебе в дорожку пекла. Не обижай!
Иван уговаривать не стал. Он подхватил капитана на руки, поднес к окну и сунул в зубы Центральной.
— Доставишь в целости и сохранности, — распорядился царь.
— Какой базар! — ответствовал судья, роняя «папу». Хорошо Левая и Правая были на подхвате. Они бдили на совесть.
В отличие от «папы» Кощей этим утром проснулся в своей «камере» с больной головой.
— Воды, — жалобно простонал он, не открывая глаз.
— Ожил, — удовлетворенно вздохнул Лихо, — всю ночь тазик просил, а теперь на водичку потянуло.
— Я бессмертный, — простонал «узник».
— Если б не моя терапия…
— Ты что, — подскочил Кощей, — меня лечить посмел?!
— Шлаки выводил, — степенно кивнул головой «народный целитель», — передозировка дело серьезное. Запросто концы мог отдать.
— Вон! — рассвирепел Его Бессмертие. Лихо оскорбленно поджал губы и покинул «камеру» с гордым видом непризнанного гения.
— Шарлатаны… знахари-недоучки…
Кощей выполз из постели, доплелся до стола, сдернул с него недопитый накануне пузырь «Тройного борзенского» и одним махом добил емкость. Через десять минут в голове просветлело.
— А жизнь-то налаживается, — бодренько хмыкнул Кощей, торопливо одеваясь. — Чем бы заняться? Из камеры сегодня мне никак… Папа еще не отбыл… а может быть, отбыл? — Его Бессмертие покосился на поднос. — Скотина все-таки этот Лютый. Пришел и все опошлил. Может, заняться?
Решив, что все равно делать нечего, Кощей принялся колдовать над своим окном в мир, и то ли терапия Лиха одноглазого, то ли его собственная помогла, но дело пошло так шустро, что через два часа аппарат заработал, причем не хуже зеркальца Яги. Передачи ловились не случайные, а четко по заказу. К испытаниям Кощей приступил немедленно, потребовав от подноса показать ему, что творится в данный момент на лесной полянке, ибо именно оттуда по плану и должен стартовать на остров Буян их любимый «папа». Сделал он это вовремя, так как у ямы, оставшейся после драматического старта дуба, жители лесные в тот момент получали последние инструкции.
— …и если хоть один коготь, хоть один зуб папу коснется…
Разноголосый рев и вой лесной братии был настолько искренним, что Яга поняла: аудитория прониклась. Леший погрозил своим корявым, узловатым пальцем:
— Смотрите! За базар ответите. Дорожку чтоб расчищали, о пропитании заботились… Что? Да не о своем! О папином!
— Не стоит, — вмешалась ведьма, — об этом я сама позабочусь.
— Задачу поняли?
— Понять-то поняли… — рискнул подать голос седой матерый волчище.
— Какие проблемы? — грозно нахмурился лешак.
— Не доскакать нам под ношей такой — боязливо провыл вожак стаи, — ежели папа хоть наполовину в царя-батюшку — хребет сломается.
— Не волнуйся, — успокоила его Яга, — папа не телесами — умом берет. Выдюжишь.
— Меняйтесь почаще, — посоветовал леший. Стая жалобно заскулила, сообразив, что от роли скакунов ей отвертеться по-любому не удастся.
— Все по местам! — Яга заметила черную точку на горизонте. Это летел Горыныч. Мировой судья лихо приземлился на опустевшую
