Куда только не заносит бравых спецназовцев судьба. Но если родина-мать зовет, они безоговорочно бросаются в самое пекло. Даже если это пекло находится не в нашем, реальном, мире, а в былинной Руси. Настоящие герои и в сказочном мире ведут себя достойно. Капитан Илья Иванов родину не посрамил. Не уронил честь мундира.
Авторы: Баженов Виктор Олегович, Шелонин Олег Александрович
Ты не поверишь. Папа, — зачастил Чебурашка, — но тут столько пиратов, что если б не встречный ветер, обязательно б догнали. Они галсами шли, без парусов и ветрил, а мы напрямую.
— Какие пираты? — покачала головой Яга. — Пустыня вокруг.
Объяснять министру финансов не пришлось. В свежий пролом вплыл корабль.
— Суши весла! — рявкнул сверху Синдбад. — Бросай якорь!
Якорь не потребовался. Корабль смачно вляпался в чайхану, сбросив заодно капитана с мачты.
Верная команда поймала его уже у самой палубы.
— До чего пугливые аборигены пошли, — посетовал Синдбад. — От самого Китая гонимся. Что, трудно ответить, как добраться до пещеры Сим-Сим? — сердито спросил он Чебурашку. Министр финансов смущенно развел руками. — И вообще это саке — фигня! Эликсир лучше!
Илья схватился за голову.
— Пора с этим дурдомом завязывать!
Однако завязать не удалось. От толпы сорока разбойников отделилась взъерошенная фигурка завхоза и бросилась на Синдбада.
— Где мой товаг?!! — попытался он тряхнуть капитана за грудки.
— Заказчик!!! Мы все-таки добрались до Сим-Сим!!! — обрадовался Синдбад, выдергивая из-за пазухи изрядно помятый свиток. — Держи накладную. Выгружай, орлы!
На каменные плиты тронного зала начали оперативно выгружаться ящики. Ящики были солидные. В каждом находилось по двадцать четвертей, до горлышка заполненных экстра-эликсиром. Сразу успокоившийся завхоз деловито считал.
— Четыгеста согок восемь, четыгеста согок девять… шестьсот…
— Амба!
— Шо значит «амба»? — возмутился Юсуф ибн Абгам. — По накладной тысяча двести!
— Пятьдесят процентов, — пьяно качнулся капитан, — списано на бой.
— Я вам сейчас дам бой! — взвизгнул завхоз.
— Сруливаем, — распорядился Синдбад. — Задний ход! Весла на воду!
Корабль величественно, кормой вперед, выплыл через пролом наружу.
— Газогили! — схватился за сердце завхоз. — Стгашно жить, — пожаловался он Илье, — каждый ноговит обуть бедного евге… газбойника.
— Та-а-ак… — начало доходить до разбойников. — Мы тут голодаем, а он наши денежки…
— Деньги не должны лежать мегтвым ггузом! Они должны габотать, как моя бедная Сагочка на кухне эмига.
— Ух, и ни… пи-и-и… — искренне удивилась Жасмин, заставив вздрогнуть весь Тридевятый синдикат.
Молотков покраснел. Он запоздало сообразил, что не стоило слишком деликатно пояснять смысл ряда идиоматических выражений будущей невесте.
— На кухне самого эмира? Да туда женщин вообще не допускают. Шариат не позволяет. Камнями забьют!
— Вот именно! — воинственно вскинулся завхоз. — Пгедставляете, чего мне это стоило? А ей?
Тут уже Шухерман схватился за сердце.
— Я тебя понимаю, мужик. — В глазах авантюриста блеснули слезы, и неожиданно для себя он совершил деяние, которое повергло всех, кто его знал, в глубочайший шок. Вор выдернул из складок своего необъятного халата мешок золота, который при обыске не нашел Папа, и от широты душевной презентовал его завхозу. — Видел твою жену. Сочувствую.
— Молодой человек! Ви еще не видели моих детей! Иначе обязательно б добавили! — Юсуф ибн Абгам выжидающе уставился на воришку, ошарашенного такой наглостью. — Мне и надо-то чуть-чуть. Акта тги, не больше.
— Акров чего? — потряс головой вор.
— Золота, газумеется, золота! Я же должен покгыть недостачу. Шестьсот ящиков экстга-эликсига — это вам не шутки!
Тридевятый синдикат сочувственно засопел. Тридцать тысяч литров… да, это убыток! Даже Чебурашку проняло.
— Два года назад продали. Лично накладные подписывал, — сообщил он, освидетельствовав свиток. — Это сколько ж они на бой списали? — Чебурашка зашевелил губами. — Полтора литра в день… на каждого.
Синдикат уважительно зацокал языками.
— Ну хватит! — в очередной раз не выдержал Илья, но взять бразды в свои руки ему опять не дали.
Из глубины замка раздался чей-то пьяный голос.
— Контр-р-рольный выстрел!
— На бру… ик! …дершафт?
— Угу. И жабе больше не наливать!
— Это еще что за… — договорить Илья не успел.
Раздались смачный удар, грохот и дикий вопль. В зал влетела молниеносно протрезвевшая белая шкура, волоча за собой на прицепе Кощея с Люцифером. Они по-прежнему были пьяны в стельку, но инстинкт самосохранения заставлял их дружно держаться за куцый хвостик «скакуна». Следом громыхал Иблис в своем истинном обличье. Последний удар на брудершафт пришелся по обломку стрелы, и она покинула насиженное место, вылетев с другой стороны. Силы вернулись к нему. Шайтан был в ярости. А когда он был в ярости, то всегда превращался в гигантскую мохнатую гориллу. Шкура резво взбрыкнула лапами, сбросив лишний груз,
