Лягушка, не царевна!

надо мной с платком.
— А-а-а! Помогите! — заорала я, судорожно вцепившись лапками в древко стрелы, — Ты, дурак, положь меня на место! Ишь, чего удумал! Да зачем я тебе нужна-а-а?
— О, верно, не простая лягушка! Девица-красавица, тебя Кощей заколдовал, да?
— Ничего я не девица! Ква! Я уже три раза икру метала… — гордо квакнула я.
А насчет красавицы, он прав. Кто на болоте жирнее и зеленее меня? Нет таких, если жаба какая…
— Где-то я читал, если лягушку поцеловать, она превратиться в царевну, — задумчиво потер лоб Иван, завернув меня в платочек, — но, не волнуйся, я тебя понимаю. Думаешь, мне приятно, так прямо подойти к незнакомой девушке и целоваться лезть?
— Ага, а особенно к незнакомой лягушке приставать, — хмыкнула я.
Вообще-то собиралась грозно сказать, да отрыжка помешала. А этот…дурак ласково посмотрел и головой покачал:
— Ничего, суженая моя! На свадьбе поцелуемся! Теперь поспешим, царь-батюшка ждет!
Эх, прощай болото, кажись, увозят в Златоград! А там, я от перелетных уток слышала, насекомые тощие и юркие, да еще заморским дихлофосом травленные. Придется ГМО питаться, а как оно на икре скажется? Проползала тут мимо одна черепаха из столицы, говорит, после тамошних кузнечиков у неё в кладке вместо черепашат какие-то трехпалые вылупились, «ниндзя» орут да палками машут! Бедная я!
Вёз меня царевич через весь Лес, долго ли коротко ли, не знаю, не ведаю, задремала в платочке-то. Конь у Ивана сразу видно, царский — и не укачало совсем.
Проснулась от визгу.
— Йа-а-а! — визжали две девицы в кокошниках по сторонам от меня. — Лягушка!!!
— Прошу не оскорблять мою будущую супругу, — Иван накрыл ладонью платочек со мной. Смотрите, какой заступник!
— Скорым пирком да за свадебку? Через три дня организуем! — потирая руки, усмехнулся лысый мужичишко с короной на голове, и тут я догадалась, где очутилась.
— Ква-ква, простите, — робко высунулась я из-под ладони Ивана и обвела присутствующих любопытным взглядом, — а что, собственно здесь происходит?
— Она ещё и говорящая! — на два голоса запричитали девицы, а один из мужчин в странной шляпе и с сачком в руке подбежал к моему царевичу.
— Это феномЕн! Амфибия воспроизводит человеческую речь! Иван, как долго ты её тренировал?
— Тце-тце-тце, — пощелкал языком другой, в латах и рыцарском шлеме, — нечисть в дом притащил! Она же родственница Змеям!
— Ничегошеньки подобного, — возразила я, — если только жабам…
— Тут еще и жабы? — подобрав сарафаны выше колен, запрыгали по царским палатам две суматошные девицы.
Крик и шум поднялся!
Девицы визжат, ногами топают. Мужик в латах мечом и копьем гремит на Ивана, второй, с сачком, упрашивает отдать говорящую земноводную ему на опыты для пре-по-ра-ции. Иван вежливо объясняет всем, что я его заколдованная невеста, и никому он меня не отдаст, а если уж его дорогие братья завидуют выбору младшего, так еще не поздно сдать тех двух истеричек назад, где взяли: «На болоте лягушки еще остались, авось какая глянется». Я от возмущения только квакаю громче обычного. А царь-батюшка сидит на престоле и улыбается.
— Молодежь! — окликнул Ермил нашу честную компанию, и всё смолкло. — Своею царскою властью объявляю вас мужьями и женами. Богдан и Марьюшка, совет вам да любовь! — подозвал царь к себе удивленных мужчину в латах и ту девицу, что повизгливее.
Расцеловал в щеки новобрачных и выпроводил за дверь.
— Митрофан и Алёнушка, совет вам да любовь! — следующим Ермил перецеловал царевича, сжимающего в одной руке сачок, а в другой руку возмущенной девицы в съехавшем на бок кокошнике.
— Иван и…
— Царевна-Лягушка, — подсказал Иванушка-дурачок и протянул, было, меня под царские поцелуи, но царь сморщился и ограничился дружеским похлопыванием по плечу царевича.
— Иван и Царевна-Лягушка, совет вам да любовь! — кивнул Ермил на дверь из царских палат, показывая нам, что прием окончен.
Принес меня царевич в свои покои.
— Говорят, хорошая примета, невесту через порог на руках вносить, — улыбнулся Иван, опуская платочек со мной на стол.
— Иван! Царь серьезно, что ли, нас поженил? — уставилась я на своего «благоверного». От испугу аж квакнуть забыла.
— Конечно! Ведь не зря мы стрелы пускали. Батюшка повелел жениться на той, возле которой стрела воткнется, — важно кивнул в ответ Иван.
— Зачем же ты, Иван, на юг стрелу пускал? Али не знаешь, что в той стороне болото?
— Куда было стрелять? Богдан так выстрелил, что стрела ровнехонько возле боярской светлицы очутилась. Митрофанушка тоже изловчился, и к купеческим покоям стрела его улетела. А вот я немного с расчетами перепутал… Траекторию не скорректировал,…